Книга Собеседование, страница 108 – Крис Юэн

Я решила, что не позволю – не могупозволить – этому случиться. Особенно после всего, что я из-за него пережила. Только не теперь, когда у меня есть шанс спасти Марка.

Джоэль вопросительно смотрел на меня в ответ, и лицо его искажала невысказанная мысль или сомнения, которые мне не удавалось прочитать. Казалось, он одновременно сочувствует мне и в то же время совершенно безжалостен. Я чувствовала, что могу попробовать договориться с двумя Джоэлями. Чего я не знала, это смогу ли я дозваться того из двух, который меня поймет.

— Мне очень жаль, что вам пришлось узнать об этом так, Кейт, – сказал он, – мне искренне жаль.

— Тебе не нужно причинять ему вреда. Ты не обязан ничего с ним делать. Или с нами.

— Не сделаю я – сделают другие. Я уже говорил.

— Это не оправдание.

Он нахмурился. Мне показалось, что ему действительно хочется объясниться. Как будто он почему-то считал, что задолжал мне это объяснение.

— Вы думали о тех, кто заболел, работая на маршджетовских самолетах? – спросил он в ответ. – Или о тех, кто погиб в катастрофе? Думаете, им бы понравилось, если бы я отпустил Марка?

Его ищущий взгляд охотился на правду, которую, как он, видимо, полагал, я скрывала даже от себя.

— Я думаю, что они хотели бы разобраться, – ответила я осторожно. – Я думаю, что они бы выслушали Марка, чтобы понять, что произошло.

— А если он не сможет объяснить? Если хоть одного из этих людей не удовлетворят его объяснения?

— Марк не желал никому болезни и смерти.

— Вы все еще не приняли этого, да? Вы все еще не видите, какой он на самом деле.

— И какой же он?

— Он такой же, как я, Кейт.

— Марк не убийца.

— Нет? Тогда мы все попались в одну и ту же паутину, и нам приходится делать, что должны? Думаете, так?

— Марк – хороший человек. Я это знаю.

— Я тоже так про себя думал.

— В случае с Марком это правда.

— Вы уверены, Кейт? Будьте честны с собой. Вы ничего о нем не знаете. Ничего существенного. Вы не смогли рассказать мне ничего полезного.

Он обвел пистолетом офис, пренебрежительно морщась, и мельком взглянул на часы. Интересно, у кого заканчивается время – у него или у его заказчика? Что его подгоняет?

Я наклонилась, схватившись за столешницу.

— Я ведь хочу, – сказала я ему, – хочу помочь тебе.

— И как вы собираетесь мне помочь?

— Не знаю. Еще пока. Но ведь чуть-чуть, в глубине души, должен же ты понимать, что так нельзя.

Его глаза сверкнули, взгляд ожесточился. Я совершила ошибку. Подтолкнула его к неправильному пути. Он отвернулся от меня к Люку.

— Ты сомневаешься, – торопливо сказала я. – Тебе эта история и самому не нравится. Я знаю это. Не один ты умеешь читать по лицам и телам. У тебя есть причины в этом участвовать.

На секунду он замер.

— Вы не заслуживаете такой участи, Кейт, – сказал он тихо, – теперь я это вижу. Мне очень жаль, что с вами такое произошло. Мне очень хотелось бы дать вам то, чего вы хотите, – всей душой, – но я не могу.

Какой такой участи я не заслуживаю? Мне хотелось задать ему этот вопрос. Не заслужила оказаться запертой в бизнес-центре в конце рабочего дня? Не заслуживала узнать, что моя самая желанная, самая тайная мечта оказалась правдой перед тем, как ее вырвут у меня из рук?

— Ты мне отвратителен, – сказала я ему.

— Кейт. – Люк предостерегающе покачал головой.