Книга Любовь вопреки запретам, страница 7 – Сандра Лав

Я судорожно одернула рукав, пряча свое позорное клеймо, но ворон лишь склонил голову набок, пронзая меня взглядом своих мудрых, почти человеческих глаз. Он видел всё.

Подошла к нему, едва переставляя ноги, и коснулась его головы. Его перья были холодными и жесткими.

— Ты ведь знаешь больше, чем я, тихо сказала я, глядя в окно на огромную, луну.

— Ты понимаешь, что это значит. Что мне теперь делать Квирл?

— Она выросла, внезапно произнес Квирл, вскидывая голову.

Я нервно усмехнулась.

— Ты неисправим, прошептала я, чувствуя, как страх медленно уступает.

— Только ты один знаешь, каково мне на самом деле.

— Он нам не нужен, внезапно проскрежетал ворон, и в его голосе прозвучала такая неприкрытая враждебность, что я невольно усмехнулась.

Одно упоминание о нём — даже без имени — отозвалось в теле фантомной болью.

— Не смей, не напоминай о нём, выдохнула я, и мой собственный голос показался мне чужим, надтреснутым.

— Всё это в прошлом. Глубоко, далеко и навсегда. Я выжгла его из своего сердца, Квирл. Слышишь? Выжгла.

Но сердце предательски защемило, опровергая каждое моё слово. Оно билось неровно, тяжело, словно пыталось дотянуться до того, кто был на другом конце этой невидимой цепи.

— Ну и хорошо, Квирл расправил крылья, и в лунном свете они отливали синевой, как вороненая сталь.

— Он нам не подходит. Слишком много волчьей спеси, слишком много разрушения. Я правильно делал, что скрывал тебя все эти годы.

Я застыла. Его слова повисли в воздухе. Я медленно повернула голову, впиваясь взглядом в его черные бусины-глаза. Внутри всё похолодело от нехорошего предчувствия.

— Что это значит? — мой голос опустился до опасного шепота.

— Скрывал меня? От кого, Квирл? От него?

Ворон лишь громко закаркал, этот звук был полон горького торжества и тайны. Он запрыгал по столу, когтями царапая старое дерево.

— Отвечай! — потребовала я, и в моих глазах вспыхнул опасный фиолетовый огонь. Воздух вокруг заискрился от избытка магии, книжные полки задрожали.

— Я твоя хозяйка, и я требую правды! Что ты натворил?

Квирл замер, нахохлившись, и в его облике проступило нечто древнее, почти пугающее.

— Тебе еще рано это знать, хозяйка, отрезал он, и на этот раз в его тоне не было и тени покорности.

— Я решу сам, когда буду уверен, что ты готова услышать правду. И ни минутой раньше.

Я стиснула кулаки так, что ногти вонзились в ладони. Гнев и бессилие смешались в ядовитый коктейль.

— Несносная, самоуправная птица! —проворчала я, чувствуя, как магия внутри постепенно утихает, оставляя лишь звенящую пустоту.

Квирл внезапно склонил голову, и в его взгляде на мгновение промелькнула почти человеческая нежность.

— Я тебя тоже люблю, Мишель. Именно поэтому я до сих пор твой фамильяр.

Прежде чем я успела вымолвить хоть слово, он резко сорвался с места. Взмах мощных крыльев обдал меня холодным воздухом, и ворон растворился в черном провале окна, оставив меня наедине с тишиной, которая теперь жгла кожу с удвоенной силой.

Вальтер

Холодный ветер, пропитанный запахом хвои и сырого камня, неистово трепал полы моего плаща, но я его не чувствовал. Мой взгляд был прикован к горизонту, где раскинулись мои земли — великие, суровые, вырванные зубами и когтями.

Я сжал гранитный парапет так, что камень под пальцами жалобно хрустнул, превращаясь в крошево. В груди клокотала гордость. Я сделал свой клан несокрушимым. Каждый вздох этого леса, каждый шорох в долине принадлежит мне.