Книга Любовь вопреки запретам, страница 44 – Сандра Лав

Я на мгновение прикрыла веки, позволяя себе короткую передышку. Горькая, едва заметная усмешка тронула мои губы.

Вальтер. Он изменился. То, что я видела сейчас, было не просто физической силой — это была новая, отточенная до совершенства аура опасности, которая буквально вибрировала в воздухе вокруг него.

Как мне противостоять этому?— мелькнула паническая мысль, но я тут же раздавила её. Я не имею права на слабость. Не перед ним. Не сейчас.

— Так, всем успокоиться! — Голос Гаса, вставшего в самом центре рядом с Вальтером, прорезал тишину. Его присутствие немного разрядило обстановку, вернув подобие порядка.

— Никто не уходит. Нам нужно обсудить насущные вопросы, добавил второй мужчина, его тон был сухим и деловым, лишенным всяких эмоций.

Внутри меня всё сжалось от глухого протеста. Меньше всего на свете мне хотелось оставаться. Но я упорно «держала лицо». Моя маска была безупречна — холодная, непроницаемая. Я запретила себе даже лишний раз моргнуть, боясь, что через этот крошечный жест просочится хоть капля того хаоса, что бушевал в моей душе.

Я выпрямила спину. Пусть он смотрит. Пусть пытается пробить мою защиту. Пусть видит кем я стала из-за него.

— Надеюсь, на этот раз всё пройдет без споров, тихо сказал Гас.

Не сдержала горькой усмешки. Споры? Между нами бушевала война, в которой не могло быть победителей.

Жозефина резко толкнула меня локтем, вырывая из этого оцепенения.

— Надеюсь, вы все успокоились за ночь, и сегодня мы продолжим, голос Гаса казался далеким шумом.

— Что вы надумали? Есть ли те, кто готов выступить?

Воцарилось гробовое молчание. Тяжелое, постыдное бездействие. Никто не хотел подставлять свою шею под удар, когда враг обладал такой сокрушительной мощью.

Впрягаться в битву за чужой клан, рисковать своими жизнями ради призрачного союза — это казалось им глупостью. Я видела в их глазах страх, прикрытый маской осторожности, и чувствовала, как внутри закипает уже моя собственная ярость.

Вальтер продолжал смотреть на меня, чем выводил из себя. Почему вчера он говорил такие вещи, но сейчас смотрит, зачем. Опять злится, опять раздражен, опять чем–то недоволен.

Так это его проблемы. Он разлучил меня с дорогими мне людьми, я даже не знаю как они поживают сейчас, вдруг он с ними что-то сделал. От этого меня берет злость.

— Наш клан не будет в этом участвовать, старейшины, голос одного мужчины прозвучал сухо и резко, разрезая повисшую тишину.

Я нахмурилась, глядя на герб на его груди — заснеженные пики гор. Горцы. Мое сердце наполнилось горьким пониманием: их цитадели были почти неприступны, затерянные в облаках и защищенные древними ветрами.

Верховная ведьма вряд ли потянется так высоко, пока не поглотит всё внизу. Они чувствовали себя в безопасности, и эта эгоистичная уверенность сочилась из каждого их движения.

— Вы хорошо подумали? — голос Гаса был тихим, но в нем прозвучала угроза.

— Более чем. Мы не станем проливать кровь за чужие границы. Просим прощения.

С этими словами он ушел, уводя за собой свою знать.

Я взглянула на Вальтера. Внутри меня происходило нечто пугающее. Моя магия, которая всегда была под моим контролем, вдруг встрепенулась. Она рвалась наружу, она узнавала его, она пела в унисон с его первобытной аурой.

Я судорожно прикрыла глаза, пытаясь выстроить ментальные щиты. «Успокойся, затихни», заклинала я свою силу, но она лишь сильнее била по ребрам. Зачем он это делает? Зачем так открыто демонстрирует свою власть над моим состоянием?