Книга Любовь вопреки запретам, страница 29 – Сандра Лав

— Это терраса общая, если ты не заметил, я вскинула подбородок, изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрожал. Внутри меня проснулась загнанная в угол кошка, готовая выпустить когти.

— Я стою на своей половине.

Он сглотнул, на его шее дернулась жилка. Его взгляд стал еще тяжелее, он не моргал. Напряжение между нами стало почти осязаемым, густым.

— Тем более, я пришла сюда первая,добавила я, чувствуя, как сердце вот-вот проломит ребра.

— Поэтому уходи.

Я демонстративно отвернулась к лесу. Хочу, чтобы он ушел, чтобы перестал травить меня своим присутствием, но каждая клеточка моего тела в этот момент кричала об обратном.

Ненавижу его за это влечение, за эту нелепую, болезненную любовь, которая расцветала прямо на руинах моей жизни.

Ждала, когда звук его тяжелых шагов стихнет, когда захлопнется дверь и я снова останусь одна под холодным светом луны. Но за спиной стояла оглушительная, давящая тишина. Он не уходил.

Боги, какая злая насмешка судьбы! Вот, значит, кто мой сосед. Вот чье присутствие я чувствовала сквозь каменную кладку, чья тяжелая, дикая аура не давала мне уснуть, заставляя метаться по простыням.

Он был за стенкой. Так близко.

Узор на моей спине, скрытый под тонким платком, начал пульсировать. Кожу под лопатками жгло, будто он касался меня не взглядом, а раскаленным клеймом.

Моя магия, моя суть узнавала его, тянулась к нему вопреки моему разуму, и это предательство собственного тела приводило меня в ужас.

— Я что-то неясно сказала? Или ты не расслышал— я резко вскинула голову, разворачиваясь. Пытка ожиданием была невыносимей.

Вальтер не шевелился. Он стоял, широко расставив ноги, и его янтарные глаза в полумраке казались двумя горящими углями.

В них не было тепла — только холодный расчет хищника, загнавшего добычу в угол. От этого немигающего взгляда у меня закружилась голова.

— Ты будешь указывать мне? — его голос опустился до едва слышного, вибрирующего рокота. Он прищурился, и в этом жесте было столько угрозы, что воздух вокруг нас, казалось, похолодал.

— Снова наступаешь на те же грабли, Мишель?

Я сделала шаг вперед, сокращая дистанцию, хотя всё внутри кричало «беги». Ярость, подогретая недавними слезами, вспыхнула с новой силой.

— Не забывай, что сейчас перед тобой не бесправная селянка, которую можно запугать, выплюнула я, глядя прямо в его звериные очи.

— Времена изменились, Вальтер.

Он зловеще, надломленно усмехнулся.

— Разве такое можно забыть? Он подался вперед, и я почувствовала жар, исходящий от его обнаженного торса.

— Теперь я ясно вижу твою истинную сущность. Без масок, без прикрас. Ведьма, последнее слово он не произнес, а прорычал, вкладывая в него всю свою горечь и отвращение.

— Да, ведьма, я гордо вскинула подбородок, принимая этот вызов.

— Помни об этом, если в следующий раз решишь проверить мое терпение.

Я резко развернулась, собираясь уйти, чтобы эта ночь закончилась. Но стоило мне поравняться с ним, как его рука — огромная, горячая сомкнулась на моем запястье.

Я вскрикнула от неожиданности, когда он рывком развернул меня к себе, заставляя почти врезаться в его грудь.

Между нами не осталось и дюйма пространства. Я чувствовала запах леса, дождя и чего-то животного, первобытного, что исходило от его кожи. Такое забытое и такое родное.