Книга Любовь вопреки запретам, страница 124 – Сандра Лав

Сила, бушующая между нами сейчас, была подобна мощной. Она тянула меня к нему, лишая воли, подчиняя инстинктам. Я чувствовала его ярость, его разочарование, но под этим слоем кипящей лавы скрывалось нечто иное — глубокая нежность.

Вальтер прорубал себе путь ко мне с такой мощью, что казалось, сама земля содрогается под его сапогами. Он наносил удары яростно, сокрушительно, его мышцы перекатывались под кожей, а каждый взмах клинка был полон первобытной силы.

Я шла ему навстречу, не обращая внимания на свист стрел и стоны раненых. Существовал только он — мой волк. Нас тянуло друг к другу с непреодолимой силой.

Когда между нами остались считанные шаги, он внезапно перехватил мою руку. Это было так быстро, что я не успела вскрикнуть. Сильные пальцы обхватили мое запястье, он дернул меня на себя, заставляя закружиться в коротком, безумном вихре среди крови и стали. Миг — и я оказалась в ловушке его объятий, прижатая к его широкой, горячей груди.

Я зажмурилась так сильно, что перед глазами поплыли искры. Воздух вокруг нас словно раскалился. Я чувствовала, как бешено колотится его сердце — тяжелыми, мощными ударами, вторя моему собственному ритму. От него пахло дождем, диким лесом, кожей и металлом — этот запах был для меня единственным спасением.

— Моя... — прорычал он прямо мне в макушку.

Этот звук не был человеческим. Это был низкий, вибрирующий рык зверя, заявляющего права на свою территорию и свою женщину. Он сжал меня сильнее, почти до боли, словно пытался закрыть своим телом от всего мира, от обвиняющих взглядов отца и от самой смерти.

В этом грубом «Моя» было всё: и клятва, и вызов, и та безумная любовь, которая не знает границ и законов.

Вальтер

Запах, этот одурманивающий, нежный запах сирени ворвался в мои легкие, вытесняя тошнотворный смрад паленой плоти и сырой земли.

Моя.

Я сжал её в объятиях еще сильнее, до хруста, до её судорожного вдоха, словно безумец, пытающийся убедиться, что она не плод моего измученного воображения, не морок. Пальцы впились в её плечи, подтверждая — настоящая. Теплая. Живая. Моя истинная.

Моя ведьма.

Ведьма и волк. Враги по праву рождения, ставшие единым целым по праву судьбы.

Пять лет. Пять чертовых лет я жил с вырванным сердцем, задыхаясь от пустоты, которую ни одна битва, ни одна победа не могли заполнить.

Я невольно усмехнулся, и эта усмешка больше походила на оскал зверя.

Судьба любит поиграть.

Моя истинная — дочь моего злейшего врага, женщина, чья магия способна уничтожить мир, и та, кто заставляет моё сердце биться в ритме бешеного галопа. Женщина, которую я полюбил сам.

Битва вокруг продолжалась, сталь звенела о сталь. Но только она имела значение.

— Моя, снова прорычал я, и этот звук вибрировал в моей груди, отдаваясь в её теле. Мои ладони лихорадочно прошлись по её бокам, проверяя на наличие ран, ощупывая каждый дюйм.

— Я цела, все хорошо, прошептала Мишель. Её голос, был сорванный и дрожащий.

Я отстранился лишь на пару сантиметров, чтобы взять её лицо в свои ладони. Кожа испачканная в саже. В её огромных глазах, ставших сейчас бездонными, плескались слезы, невысказанная боль и ожидание.

Прижался к ее лбу, целуя его, а сам схожу с ума от этого запаха, который стал для меня всем. Я полюбил женщину, которая оказалась моей истинной. Горько усмехнулся, прижимая к груди. А самого все терзает изнутри. Я нашел ее несмотря ни на что.