Книга Сквозь огонь и кровь: Путь к истинной, страница 132 – Сандра Лав

Гаред ничего не ответил, отходя от меня.

" Нужно уйти, забыться, чем-то занять себя, чтобы просто не думать."

Всё пройдёт, она завтра уже будет здорова.

Пытался утешить себя этими мыслями, но чувствовал, что только усугубляю ситуацию.

Я посмотрел на кровать, где лежала она. Явно ощущал её дрожь, её боль. Сглотнул, продолжая прощупывать её дальше, словно пытаясь найти причину её состояния.

Ощущал, как давит на грудь, сильно, мощно. Неужели она это чувствует? Рывком я оказался около кровати.

— Она мёрзнет, — сказал Гаред, взглянув на меня. Мне его взгляд не понравился.

В нём было что-то, что насторожило меня, что-то, что заставило сердце сжаться от предчувствия беды.

Я накрыл её одеялом по плотнее, но её дрожь с каждым разом только усиливалась, нарастала, становилась сильнее, как и боль, которая, казалось, пронизывала её насквозь, вытягивая последние силы.

— Это не помогает, — глухо услышал я от Гареда, его голос был полон тревоги.

— Вижу, — сухо ответил ему, стараясь скрыть своё собственное смятение.

— Есть один способ, который возможно может помочь, — сказал Гаред, его взгляд был серьёзным, но в нём читалось некоторое сомнение.

— Говори, пытался спокойно реагировать. Но ничего не получается, всё идёт в бездну, а моё волнение за неё нарастает.

— Но тебе он не понравится, — добавил он, и я почувствовал, как внутри что-то ёкнуло.

— Не тяни, говори уже, — не выдержал я, взбесившись от неизвестности и беспомощности.

Моё терпение лопнуло, а злость, смешанная с тревогой, вырывалась наружу. Я ощущал, как внутри меня нарастает буря, готовая вот-вот вырваться наружу.

— Ты волк, Хьюго. Её истинный. Можешь согреть её.

Я вопросительно уставился на него, видя, как серьёзно он настроен. В его глазах читалась мольба.

— Нет, — ответил ему, понимая, что это опасно. Опасно не только для неё, но и для меня.

Мой волк рвался наружу, жаждал её, и я боялся, что не смогу остановиться, не смогу совладать со своими эмоциями.

— Твоё тепло может быть действенным, — продолжал он упорно твердить об этом, пытаясь убедить меня в этом.

Я оскалился, понимая, что это точка невозврата.

— Я сказал нет, значит нет. Это не обсуждается.

— Ты её истинный. Ты чувствуешь, что с ней творится, нужно только попробовать. Может, это поможет ей выйти из этого состояния. В конце концов, истинность лечит, — напомнил он мне.

Я усмехнулся, сжимая руки.

— Я тебе говорю как лекарь. Нужно только попробовать. Посмотри на неё, она еле дышит.

Сам это вижу, сам это понимаю. Её бледное лицо, слабое дыхание, дрожь, сковавшая всё тело – всё это кричало об опасности.

Но если сейчас прикоснусь к ней, если сейчас почувствую её, то потом, потом уже ничего меня не остановит, чёрт возьми.

Я не смогу контролировать себя.

— Ты понимаешь, о чем просишь? — спросил я, голос мой звучал хрипло, с надломом.

— Понимаю, но вдруг это поможет, Хьюго, — Гаред положил руку мне на плечо, на этот раз я не отпрянул.

— Ты сам еле держишься, сам переживаешь. Места себе не находишь. А так мы убедимся, действует ли метод или нет.

Я закрыл глаза, чувствуя, как тяжесть его слов давит на меня. Пытался выровнять дыхание, но оно было рваным, сбитым.

Его слова имели смысл, но согласиться на них – значило переступить ту черту, ту стену, которую я так отчаянно возводил вокруг себя.