Книга Вернуть истинную, страница 99 – Сандра Лав

— То, что должен, ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.

— Хьюго, спусти меня! — кричала она, когда я вышел из комнаты, неся ее прочь.

— Ненавижу тебя! Отпусти меня! Отпусти, прошу! — требовала она, но я не обращал внимания на ее мольбы.

Я знал, что делаю. Знал, что это единственно верный путь. И никакие ее крики, никакая ее ненависть не остановят меня.

Мэдисон

Я колотила его по спине, но мои удары были для него даже незначительны. Злость и обида захлестнули меня с новой силой. Зачем он так поступает? Почему заставляет делать то, чего я совершенно не хочу? Его рука, сжимающая мою талию, казалась стальным обручем, сильным, мощным, не дающим шанса вырваться.

Придворные оборачивались на нас, их лица расплывались в улыбках. Только не у меня. Я волновалась из-за него. Боялась его взгляда, боялась того, что он пробуждает во мне, несмотря на всю злость и ненависть.

— Спусти меня, прошептала я приглушённый голосом, но он даже не слушал, погруженный в свои мысли.

Собрав последние силы, я ударила его сильнее в спину, выплескивая всю свою обиду и отчаяние.

— Еще раз так сделаешь— начал он, но не договорил. ю

Вместо этого его рука скользнула ниже, и он небрежно пригладил мою ягодицу. Я замерла. Замерла, потому что он не имел права меня трогать. Не имел права прикасаться.

И это осознание, эта дерзость с его стороны, пронзила меня насквозь, оставив лишь горечь и смятение.

Я замолкла, вообще не двигалась. Слезы жгли мои глаза, но я сдерживала их, отказываясь показывать ему свою слабость, свою боль. Пусть думает, что я сильная, пусть не видит.

Вдруг донесся шум — радостные крики людей. Его людей. Холодок пробежал по моей спине, когда он грубо вытащил меня на улицу.

Он спустил меня на землю, и я тут же отпрянула, инстинктивно обнимая себя за плечи, словно пытаясь защититься от его взгляда, от его присутствия.

Я огляделась: вокруг царило безудержное веселье. Люди пели, танцевали, смеялись. Этот вид, полный жизни и радости, лишь усилил мое собственное чувство опустошенности. Сердце сжалось так сильно, что я боялась, что оно вот-вот остановится.

— Нашего сына приняли всё люди из стаи, прошептал он мне на ухо. Его голос, такой низкий и властный, заставил меня вздрогнуть.

Я резко обернулась, чтобы взглянуть на него. Его глаза они горели. Ярким, необузданным пламенем, которое притягивало и пугало одновременно.

В этот момент его взгляд был другим – мягче, нежнее. В нем промелькнула такая теплота, что я невольно засмотрелась. Я сглотнула, пытаясь справиться с внезапным волнением.

— Я не хочу здесь находиться, мой голос едва дрожал.

— Я пойду обратно в комнату. Я попыталась обойти его, но он преградил мне путь, вставая напротив. Его тело стало непреодолимой стеной.

Потупила взгляд, смотря ему в грудь, чтобы не пересекаться с его глазами. Не выдержу, не смогу. Слишком тяжело.

— Тебя никто не отпускал мышонок, произнес он, и в его голосе звучала незыблемая уверенность.

— Ты остаешься. Я резко посмотрела ему в глаза. Он говорил это так серьезно, что я поняла, что спорить бесполезно. Я остаюсь.

Я зажмурилась, судорожно сжимая ладони. Слезы грозили вырваться наружу, но я боролась с ними.

— Зачем? Я не хочу, прошептала я, когда снова открыла глаза. Хьюго усмехнулся. Его взгляд. Почему он смотрит на меня так? Что он чувствует?