Книга Вернуть истинную, страница 90 – Сандра Лав

— Но волки чтят не все свои традиции, проговорила я, обращаясь к Хьюго.

— Почему эту мы должны соблюсти? Я сказала это на свой страх и риск, но меня терзал вопрос: почему он не соблюдал все свои традиции, почему?

А сейчас хотел это сделать. Его взгляд стал ещё темнее, но он молчал, лишь смотрел на меня.

— Имеешь что-то против? — спросил он, и я снова сглотнула, чувствуя, как напряжение нарастает.

— Это может быть опасно, прошептала я.

— Вдруг об этом узнают все.

— Таков закон, прервал он меня.

— Альфа показывает своего сына. На этом точка. Я зажмурилась, чувствуя, как внутри всё сжимается от страха.

— Тогда возьмёшь Ника ненадолго, а потом принесешь в комнату, где буду ждать я, предложила я, пытаясь найти хоть какое-то решение. Хьюго усмехнулся и отрицательно покачал головой.

— Не бывать этому. Ты будешь вместе со мной здесь, внизу, на улице. Мать моего ребенка тоже все должны увидеть.

Я задохнулась от возмущения. Моё сердце бешено колотилось, а в голове проносились тысячи мыслей.

Я должна была быть там, рядом с ним, но мысль о том, чтобы оказаться перед лицом всей стаи, пугала до дрожи. Это было слишком.

Я молчала, потому что в этот момент не могла ничего сказать. Что я могла ему ответить? Что боюсь быть так близко к нему? Что боюсь вновь почувствовать эти глубокие, сводящие с ума чувства, которые так старательно пыталась подавить?

Я не вхожу в его семью. Я всего лишь женщина, родившая от него ребенка. И всё.

Как я буду выглядеть перед всеми? Это же стыд, такой позор! Ведь я не замужняя, даже уже не истинная. Неужели он об этом не думает? Неужели совсем не думает?

Слезы навернулись на глаза, но я изо всех сил сдерживалась, чтобы не показать их ему. Неужели он хочет сделать мне еще больнее, унизив меня перед всей стаей?

— Я, я сглотнула, пытаясь обрести хоть какую-то уверенность в голосе.

— Я не твоя жена, не твоя истинная.Здесь мой голос предательски дрогнул.

— Как я буду выглядеть перед всеми? Как гулящая девка, которая родила от альфы.

Хьюго сжал кулаки, его дыхание стало частым и прерывистым. Он молчал, видя, что со мной происходит, и молчал.

А я чувствовала, как слезы, которых я так старательно пыталась не показывать, беззвучно капают по щекам.

Ничего не могла поделать с собой. Унижение, боль, отчаяние — все смешалось внутри, превращаясь в горький ком, который невозможно было проглотить.

— Ах, да. Я забыла, мой голос сорвался на ледяной шепот, пропитанный горечью и болью.

— Я всего лишь ведьма. Женщина, которая не имеет права ни на что, которую можно просто взять и выкинуть, как ненужную вещь, потому что она недостойна.

А теперь ты требуешь, чтобы я стояла здесь, рядом с тобой, как ни в чем не бывало?

Я отрицательно покачала головой, чувствуя, как по телу пробегает дрожь, а в груди разрастается опустошающая пустота.

— Мэди — его голос достиг моих ушей, но я уже не могла слушать. Я закрыла глаза, словно пытаясь отгородиться от его слов, от его взгляда, от всей этой невыносимой реальности.

— Не нужно, я перебила его, стараясь, чтобы мой голос звучал твердо, хотя внутри всё трепетало от отчаяния.

— Я поняла. Я поняла, что должна знать своё место. Поэтому, поэтому я не приду. Это праздник в честь нашего сына. Он будет готов.

С этими словами, не дожидаясь его реакции, я развернулась и бросилась прочь, в сторону комнаты, чувствуя, как его взгляд прожигает мою спину, словно раскалённое клеймо.