Книга Вернуть истинную, страница 4 – Сандра Лав

Малец. Он ещё не знает, что значит сражаться по-настоящему, с той яростью, что кипит во мне.

С первым же вдохом я перевоплотился в своего волка.

Шерсть прорезалась сквозь кожу, кости ломались и срастались заново, а мир вокруг мгновенно обострился.

Каждый запах, каждый шорох, каждая капля страха, исходящая от этого юнца, била по рецепторам.

Чувства обострились до предела ещё вчера, после того, как она снова появилась в моей жизни, и теперь эта дикая, неконтролируемая энергия рвалась наружу.

Я приготовился, когда воин бросился в бой.

Отступил с грациозностью хищника, давая ему ложную надежду, возможность хоть как-то задеть меня.

Мои волчьи глаза, полные дикой мудрости, наблюдали. Я изучал каждое его движение, каждый удар, каждую ошибку.

Его техника была неуклюжа, предсказуема. Но он имел хороши навыки, если будет тренироваться ещё больше то станет хорошим бойцом.

И вот настал уже мой черёд.

Парень совсем выдохся, его удары стали медленными и отчаянными, он не смог достать до меня.

Одним молниеносным движением я опрокинул его на землю, а затем, не издавая ни звука, лишь силой своей воли, мысленно приказал ему подчиниться.

Тот заскулил, жалкий, почти детский звук, стоило мне это сделать. Его тело мелко дрожало под моим невидимым давлением.

Я вернулся обратно в облик человека, ощущая, как горячая волна дикой силы отступает, оставляя лишь послевкусие горечи.

Сплюнул в сторону, часто дыша. Для меня это разминка, когда для них целый бой.

— Прошёл. Следующий! — крикнул я, не дожидаясь, пока этот встанет.

Несколько часов провёл на тренировке, истощая себя до предела, пока не почувствовал, что гнев немного отступил, уступая место лишь вымотанной усталости.

И всё равно, единственный образ, её желанный образ, не уходил из головы.

Она не уходила. Я сжал кулаки до побелевших костяшек, впиваясь ногтями в ладони.

Не хотел думать о ней, не смел. Не хотел вспоминать о том, что могло быть, о том будущем, которое я сам разрушил.

Целый год. Ровно год прошёл с того дня, когда она уехала, когда мы расстались, когда я, как идиот, отпустил её.

Отпустил, зная, что это будет стоить мне всего.

Я взъерошил свои волосы, чувствуя, как внутренняя агоняя бурлит внутри меня, съедает изнутри.

Выхватил ножи, сжимая рукояти так сильно, что они, казалось, должны были сломаться.

Помню, как дурак, пришел к её комнате а последни день, не решаясь зайти.

Знал, что она не спит, знал, что её терзают те же мысли.

Вместо того, чтобы уйти, просидел под её дверью целую ночь в тот день. Зачем?

Просто мне было это необходимо.

Как не зашёл тогда? Не знаю, как смог остановиться. Что-то внутри кричало, рвалось к ней, но я заглушил этот порыв, заковал его в цепи своей упрямой гордости.

Не мог я выдержать того, что творилось внутри, того обжигающего пламени, которое готово было испепелить меня изнутри.

Я прав, я всегда прав, я не должен иметь слабостей, не должен был пасть перед ней. Но все-таки это случилось.

Думал, что станет легче, если я не выйду проводить её. Что если не увижу, то боль будет не такой острой, что сердце не разорвётся на части.

Но сделал только хуже. Для себя в первую очередь. Ведь сам следил за каждым её движением из своего проклятого укрытия.

Видел, как она садилась в повозку, как её плечи дрожали, как она резко обернулась, словно почувствовала мой взгляд, моё присутствие.