Книга Вернуть истинную, страница 39 – Сандра Лав

— Всё хорошо, — ответила она, теребя подол своего платья. — Я очень рада тебя увидеть.

Она улыбнулась мне, и я почувствовала, что мои чувства взаимны.

— Я тоже, Серена, — наконец смогла выдохнуть я, криво улыбаясь.

— Теперь я могу говорить.

— Это так здорово! Ты молодец, — кивнула она с искренней теплотой.

— Я сама не думала, что когда-нибудь смогу. Но вот. Я пожала плечами, всё ещё чувствуя, как внутри всё переворачивается.

— Я ещё даже не успела рассмотреть твоего сына, — улыбнулась Серена, и в этот момент она взяла меня за руку, сжимая её в знак поддержки. Её прикосновение было тёплым и успокаивающим.

— Всё будет хорошо, не переживай. Хьюго, он очень суровый, гордый, но, когда он поймёт, всё будет по-другому, — пыталась она подбодрить меня.

— Он не поймет, — я закрыла глаза, тяжело дыша.

— Тогда не понял, или просто не хотел.

— Вы были близки? — осторожно спросила она, и её вопрос заставил меня замереть.

— Да, — я смахнула слезы.

— Это был, был наш общий порыв. Но я не жалею об этом, — я прикусила губу, — ведь у меня появился сын.

— Ты любила его? Её вопрос прозвучал тихо, но он был таким весомым, таким пронзительным, что я почувствовала, как внутри всё сжимается. Я замерла, сжав ладони до боли.

Я встала, ноги казались ватными, и подошла к окну. Затаив дыхание, я посмотрела наружу. Качели, они всё ещё стояли. Неужели он не убрал их? Почему?

Я задумалась над её вопросом. Признаться самой себе в любви к нему было тяжело. А сказать это вслух, это означало бы принять всё полностью, не смочь абстрагироваться от этих чувств, не смочь делать вид, будто их нет.

Я закрыла глаза, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Ноги подкосились, и я, шатнувшись, схватилась за стену.

— Прости за такой вопрос, Мэди, — услышала я голос Серены. Она отрицательно покачала головой, но я уже не обращала внимания.

— Не нужно, не извиняйся, Серена, — выдохнула я, чувствуя, как слова срываются с губ.

— Уже всё в прошлом, нас связывает только сын. Даже,еслм и любила, то не признаюсь, ведь он наверняка не любил в ответ.

Сердце забилось ещё сильнее, отзываясь болью в груди.

Серена осторожно помогла мне дойти до кровати и помогла сесть. Я чувствовала её поддержку, её сочувствие, и это немного успокаивало.

— Тебе плохо сейчас? Серена встревоженно посмотрела на меня, её лицо исказилось тревогой. Она уже хотела броситься из комнаты, но я инстинктивно схватила её за руку.

— Не нужно, пожалуйста, — прошептала я, чувствуя, как по моей спине пробегает холод.

— Не говори никому. Я умоляюще взглянула ей в глаза, видя в них отблески моего собственного страха.

Она вздохнула, медленно кивнув, её губы сжались в тонкую линию.

— Ты болеешь, она поняла, и в её голосе прозвучала резкая нотка страха. Я лишь кивнула, горло сдавило, и слова застряли где-то глубоко внутри.

— Да, — прошептала я, чувствуя, как тело охватывает слабость.

— Моя сила она,я взглянула на свои руки, я не знаю как это объяснить. Я не знаю, что с ней происходит.

Глаза Серены расширились, она придвинулась ко мне ближе.

— Твоя тётя она успела забрать твою силу? — прошептала она, её голос дрожал. Я зажмурилась,.

— Я не помню. Я покачала головой, чувствуя, как нарастает паника.

— Моя сила не подчиняется мне. Захарий приказал не использовать её, и я держусь уже целый год. Это признание далось мне с трудом.