Книга Запретное притяжение Альфы, страница 73 – Сандра Лав

Он внезапно дернул меня на себя, окончательно стирая границы дозволенного. Наши тела столкнулись, и я почувствовала, насколько он горячий — настоящий огонь, запертый в человеческом теле.

Его волчий взгляд пригвоздил меня к месту, лишая воли к сопротивлению. В этом золотом сиянии было что-то гипнотическое, древнее, что-то, что заставляло мое сердце не просто биться, а стонать от необъяснимой, пугающей тяги.

Это был танец на краю пропасти. Его жар окутывал меня, проникая под кожу, заставляя сердце биться в каком-то рваном, сумасшедшем ритме. Я попыталась отстраниться, вернуть себе хотя бы дюйм личного пространства, но его рука на моей талии превратилась в стальной обруч.

— Ненавижу вас, ясно?! — мой голос сорвался на свистящий шепот, полный яда.

Глаза Вальтера вспыхнули. В их глубине заплескалось нечто первобытное, темное. Он прищурился, и я увидела, как на его шее забилась жилка.

— А свои недостатки не хочешь вспомнить, ледышка? — его голос стал опасно тихим, вибрирующим.

— Твое упрямство, твою слепую гордыню, твое вечное желание идти напролом, даже когда под ногами бездна?

— Вы серьезно? — я почти задохнулась от возмущения.

— Будете бороться с простой женщиной? У меня нет зверя, я в десятки раз слабее вас! Вам доставляет истинное удовольствие унижать ту, кто не может ответить вам той же силой? Это и есть ваша честь главы?

Вальтер шумно сглотнул, его челюсти сжались так сильно, что послышался отчетливый скрип зубов. Он смотрел на меня сверху вниз, и я видела, как внутри него идет яростная борьба.

— А тебе, Мишель, — он выдохнул мое имя.

— тебе ведь доставляет удовольствие злить меня. Ты упиваешься этим, дразня зверя, которого не в силах обуздать.

Он наклонился еще ниже, и я замерла, не в силах пошевелиться. В этот момент его человеческие глаза окончательно сдались.

Зрачок вытянулся, радужка залилась густым, расплавленным золотом, которое, казалось, светилось изнутри. Это были глаза волка — хищные, древние, лишенные человеческой жалости, но полные такой запредельной страсти и боли, что у меня подкосились ноги.

Этот взгляд завораживал, он гипнотизировал, затягивая меня в омут, из которого не было возврата. Я видела в них свое отражение — маленькое, хрупкое и безнадежно запутавшееся в сетях этого властного хищника.

Я резко отпрянула от него, зловеще смотря на него. Танцы продолжались , но истязали друг друга взглядами .

Мы прожигали друг друга взглядами, и в этом безмолвном поединке воздух, казалось, превратился в густой.

Вальтер оскалился — это не была улыбка, это был жест хищника, который уже чувствует вкус победы. Его клыки блеснули в полумраке, и я, не выдержав этого давления, резко отступила назад.

Не раздумывая больше ни секунды, я бросилась к Делии, хватая её за сухую, теплую ладонь.

— Иди, не медли, Мишель, прошептала она. Её пальцы, нежно гладили меня по плечам, пытаясь передать ту силу, которой мне сейчас так не хватало.

Я выдавила слабую, дрожащую улыбку, но в душе всё кричало: ноги будто налились свинцом и намертво вросли в эту землю. Каждый мускул сопротивлялся необходимости снова бросать тех, кого я люблю.

— Девочка наша— я прильнула к ней, вдыхая запах её шали, и запечатлела быстрый, отчаянный поцелуй на её морщинистой щеке.

Отстранившись, я увидела Эдгара. Он стоял прямо перед Вальтером, намеренно загораживая меня, отвлекая каким-то вопросом. Дедушка лишь на мгновение обернулся и коротко кивнул. В его глазах, обычно таких искристых, сейчас застыла серая, беспросветная грусть — молчаливое прощание человека, который не уверен, что увидит меня снова.