Книга Запретное притяжение Альфы, страница 75 – Сандра Лав

— И, если честно, вы пугающе похожи. Одинаковая гордость, одинаковое упрямство.

Я резко повернул голову и уставился на него. В моем взгляде была неприкрытая угроза, но Майк даже не моргнул.

— Не говори ерунды, прохрипел я, и этот звук больше напоминал рычание зверя.

— Никогда не сравнивай меня с ней. Чтобы больше ничего подобного не слышал! — мой голос сорвался на низкий, вибрирующий рык, от которого в ушах зазвенело.

Майк мгновенно вскинул ладони в защитном жесте, молчаливо признавая поражение.

В его глазах промелькнуло нечто среднее между сочувствием, но мне было плевать. Я снова потянулся к столу и одним глотком осушил очередной бокал. Горло обожгло, но это было лишь слабое, никчемное тепло по сравнению с тем ледяным пожаром, что бушевал в груди.

Ничего не помогало. Ни алкоголь, ни попытки убедить себя в собственной силе. Слова Мишель продолжали прокручиваться в голове, вскрывая старые шрамы.

Я не узнавал себя. Три года. Три долгих года после потери Истинной я жил в оцепенении.

Мой мир был серым, холодным и предсказуемым. Я был сильным, которого не способна была пошатнуть ни одна буря.

Но стоило мне ступить на эту землю, как всё изменилось. Эта девчонка, она не просто задела меня, она содрала с меня кожу.

И самое страшное — я чувствовал, как сквозь эту рану в меня снова вливается жизнь, горькая и невыносимая.

Я стоял, вцепившись в край стола, когда подошел Эдгар. Его голос доносился до меня словно глухой, неразборчивый шум. Он о чем-то спрашивал, в чем-то убеждал, но я не слышал ни слова. Моё внимание было сосредоточено на внутреннем хаосе. Майк, заметив моё состояние, отвечал старику и оттесняя его в сторону.

И тут, внутри что-то дрогнуло.

Мой волк. Он заскулил. Жалобно, тонко, почти по-щенячьи, словно чувствовал нечто, чего не мог понять мой человеческий разум.

Он метался под ребрами, скребся когтями, требуя свободы. Его реакция была настолько чужой, настолько нехарактерной для Альфы, что меня прошиб холодный пот.

«Что с тобой?» — мысленно рявкнул я, но зверь лишь сильнее заскребся.

Это место сводило его с ума.

Мне жизненно необходимо было сбросить эту тесную человеческую оболочку.

Мне нужен был бег — дикий, на износ, до кровавых мозолей на лапах.

Только там, в лесу, среди теней и запаха хвои, я смогу успокоиться.

Я резко развернулся, готовый сорваться с места и раствориться в лесной чаще, но воздух внезапно разрезал резкий, надрывный звон колокола. Этот звук не просто бил по ушам — он вибрировал в костях, возвещая о беде.

Я вскинул голову, хищно раздувая ноздри. С окраины поселения к нам неслись мои воины. Они бежали в полную силу, запыхавшиеся, с лицами, искаженными тревогой. За их спинами поднялся гул: жители замерли, оборачиваясь на звук, и в воздухе мгновенно разлился липкий, едкий запах страха.

— Что стряслось?! — я вышел вперед, перекрывая собой дорогу. Я смотрел на приближающихся бойцов исподлобья, чувствуя, как внутри закипает тяжелая, темная ярость.

— Ведьмы— выдохнул один из них, едва не повалившись на землю от усталости.

Это слово ударило сильнее колокола. Я зажмурился на секунду, сдерживая рвущийся наружу рык.

Когти уже не просто зудели — они скребли плоть изнутри, готовые прорвать кожу на костяшках.

Гнев, который только что был направлен на Мишель и самого себя, нашел новую цель.