Книга Ловушка для защитника миров, страница 102 – Антонина Штир

Ахтари зашептались, загудели, как растревоженный улей.

— Что она говорит?

— Какая смелая девица!

— Рейнольд спас мир? Не может быть!

— Она элори? Но она же человек!

— Придётся стереть память и ему тоже.

Рейнольд не мог больше терпеть. И так слишком долго он вёл себя как последний болван: всё время чего-то боялся, прятался и не хотел брать на себя ответственность. Хватит, пора уже во всём признаться: и как чуть не уничтожил Междумирье, и как сам чуть не превратился в собственную тень. И рассказать правду о Ми, которая почему-то приписала ему все свои заслуги. Рейнольд поднял руку, показывая, что будет говорить.

Пиршественный зал стих в ожидании, все ахтари хмурились, и лишь мать улыбалась ему.

Мия

Рейнольд вышел на середину зала, чтобы все хорошо видели его. Сейчас он напомнил мне того ахтари, которого я встретила в новогоднюю ночь: серьёзного, сосредоточенного и слегка возмущённого. Тёмно-фиолетовый костюм подчёркивал его строгую, холодную внешность, а глаза мерцали, как голубые огни новогодней гирлянды.

— Четыре года назад, — начал Рейнольд, — я совершил непоправимое: вместо того, чтобы сдвинуть Ключ поворота вправо, я повернул его влево.

«А-а-ах!» — пронеслось между собравшимися. Они в шоке, поняла я, такого, похоже, никогда и не случалось.

— Да, я перепутал, и моя ошибка стоила вам всем жизни, а Междумирье чуть не исчезло вовсе. Но, к счастью, хоть и в изменённом виде, оно сохранилось. Не знаю, что сделали бы Вы, мастер Вирон, на моём месте, а вот я решил ничего не делать. Я счёл себя ничтожнейшим из ахтари и четыре года топил себя в болоте отчаянья и боли, пока не пришла она. Мия, моя элори, моя подруга и моя будущая жена.

Новый всплеск ахов и охов, удивились все, кроме родителей Рейнольда. Оно и понятно, гранья Виола, должно быть, уже всё рассказала мужу.

— Только Мия, только она заставила меня измениться, причём вовсе не пытаясь меня переделать. Просто она сияла, как солнечный свет, которого я был лишён, и вдохновляла меня на мужские поступки. Каюсь, я не сразу оценил её, и мне пришлось отправиться на Землю, чтобы вернуть потерянную любовь.

Слёзы навернулись на мои глаза, я и не думала, что Рейни умеет так красиво и искренне говорить. Ещё чуть-чуть, и я разрыдаюсь на глазах у всего Междумирья.

— И вот что я понял за время, проведённое рядом с элори. Во всех мирах нет ничего более ценного, чем любовь. Только она созидает, верит, оберегает и прощает. И если отобрать её у живого существа, оно теряет себя, свою душу и более не живет, а существует. Так произошло, когда старейшина Риг отдал золотое сердце крэду.

Ропот осуждения пробежал по залу, но Рейнольд снова поднял руку, призывая к тишине.

— Я не буду сейчас говорить об ошибке старейшины, лучше он расскажет об этом сам, ведь его призрак так и скитается по коридорам нашего общего дома. Я лишь хочу извиниться перед вами за прошлое и поблагодарить элори за всё, что она для меня сделала. Я люблю тебя, Ми, — перевёл он взгляд на меня, — и хочу, чтобы ты была рядом всю мою длинную жизнь. Ты выйдешь за меня? Станешь моей женой?

Рейнольд напряжённо ждал ответа, и я не стала его долго мучать. Всё решено уже давно, в день, когда он пришёл за мной на Землю.

— Да, я стану твоей женой. Я люблю тебя, Рейни.