Книга Объект их охоты, страница 47 – Джо Макколл

— Почему?

— Фанатизм. Чистота крови, — Хантер пожал плечами. — Можно найти сколько угодно причин, по которым они хотят избавить мир от полукровок.

Это не имело смысла. Чем может быть опасен полукровка? Фанатизм и «чистота» могли быть мотивами, но слишком поверхностными. Должно быть что-то еще, подпитывающее желание искоренить полукровок — задачу почти невыполнимую. На планете больше семи миллиардов человек, и как минимум половина — оборотни и полукровки. Невозможно уничтожить такую массу населения.

Я хотела понять другое: почему у оборотня, обученного быть наемным убийцей, такое же клеймо, как у меня — клеймо «избранной»? В чем связь?

— В кафе ты перевоплотилась полностью впервые? — с любопытством спросил Хантер. Я покачала головой, опустив взгляд туда, где соприкасались наши тела. Я чувствовала его, горячего и твердого, под собой, но он не предпринимал никаких действий. В тот момент я почти жалела об этом — лишь бы он перестал расспрашивать.

— Впервые я перевоплотилась в ночь «Выбора», — смысла лгать или скрывать правду не было. — После того как он… когда он закончил со мной, он поднес нож к моему горлу. Я чувствовала жар серебра еще до того, как оно коснулось кожи. В одно мгновение я была готова разделить участь всех остальных, а в следующее — этот зверь вырвался из глубин моего разума, сокрушив мой самоконтроль. Я чувствовала себя собой, но в то же время нет. Я всё видела, всё чувствовала, но после превращения моим телом правил чистый инстинкт.

— Инстинкт выживания, — мягко пробормотал Хантер. — Самый сильный инстинкт и у оборотней, и у людей.

— Я помню, как мои челюсти сомкнулись на его руке. Он полоснул меня серебряным ножом, заставив разжать зубы. Я побежала, и они бросились в погоню. Кертис настиг меня первым. Он прижал меня к скале. Мне некуда было деться, кроме как пройти сквозь него. Он насмехался надо мной. Рассказывал, сколькими способами он меня трахнет, прежде чем позволит Дэмиену перерезать мне глотку. Затем он бросился на меня, а я вонзила зубы в его шею и рванула. Он был мертв еще до того, как коснулся земли, — в моем голосе не было тревоги, пока я рассказывала это. Ни всхлипов, ни сожалений. Ничего, кроме апатии — мой разум отгородился от тех событий. — Тот человек, о котором я упоминала раньше, Джедайя? Кертис — его сын. Его наследник.

Хантер обхватил мою талию руками и притянул к себе так, что наши грудные клетки плотно соприкоснулись. Я уткнулась лицом в его шею, заставляя воспоминания отступить. От него пахло сосной и цитрусом.

— Ты сделала то, что должна была, чтобы выжить, — его заверение легло бальзамом на мои открытые раны. — Не чувствуй вины за убийство человека, который ни секунды не раздумывал бы над твоей смертью.

Он был прав. Кертис истязал и убил бы меня, как сделал это с Сьюзан. Как они делали со всеми.

— Еще один вопрос, Рыжая, перед тем как я снова тебя трахну, — мои щеки вспыхнули от его грубого признания. Он ухмыльнулся, заметив мой испуг. — Я сказал, что если поймаю тебя, то трахну во все дырочки. У тебя осталось еще две.

Блядь. Мои ягодицы непроизвольно сжались. Меня никогда не брали туда.

— Ты не можешь… это же… — я замямлила, как идиотка.

Его ухмылка стала шире.

— Могу и сделаю, — заверил он. — А теперь скажи мне вот что. Почему ни от одного из тех мужчин не пахло?