Книга Поиграем?, страница 319 – Кая Андерсон

— Джеффри, не надо, — взмолилась Маргарет, уже понимая, что он задумал. Он был способен на это. Она знала.

— Умоляю.

— Я вырвал ее из лап смерти с таким трудом, — сквозь зубы процедил Джеффри, взглянув в зеркало, встретившись с перепуганной матерью дикими, злыми глазами, — Ты думаешь, я так просто отдам ее тебе, паскуда?

— Нет! нет! умоляю не надо, Джеффри! — рыдала Маргарет, изо всех сил вырываясь из его хватки, — Прости меня! Прости. Я больше не подойду к ней!

— Это верно, ты к ней больше не подойдешь, — злобно хмыкнул Аррингтон.

Он никогда не оставлял своих врагов за спиной. Ни одного живого врага у него и не было. Он не допускает подобных ошибок и никогда не допустит. Не предупреждает больше одного раза. Все, кто представляют угрозу сейчас или могут представлять в будущем, будут безжалостно им утилизированы. В его мире есть только друзья и возможные союзники. Всё.

— Прошу тебя, Джеффри, — плакала Маргарет, стараясь впиться в его кожу ногтями. Но он словно не чувствовал ничего из этого, окаменев в этот момент. Ярость затмила всю боль. Осознание затмило всю жалость.

— Если с ней что-то будет не так, — прошипел Джеффри, наклонившись к ее уху, — Если моя дочь после рождения, хотя бы задышит не в том темпе, я тебя и в аду, из-под земли достану, сука.

— Нет! — взревела Маргарет, истерично затрепыхавшись. А Джеффри, лишь переместив свои руки на ее голову, хладнокровно повернул их в разные стороны, вызывая щелчок в ее шее. Его лицо вновь озарила молния. Тело его матери, обмякнув, упало ему под ноги, замолчав навсегда. За окном прогремел гром. Джеффри тихо выдохнул скопившейся воздух, отряхнул руки, взгляд был все еще направлен в пустоту, даже не моргнув, он переступил безжизненное тело и, поправив свой съехавший галстук, вышел в коридор. В такой прохладный коридор. Вдохнув полной грудью, он таки спустился на кухню за обещанным отваром и направился обратно в комнату. Вот теперь он спокоен и расслаблен. Теперь его семье и, правда, ничего не угрожает. И никогда не будет угрожать. Открыв дверь, он вошел в комнату, мельком услышав голос Женевьевы. Она часто разговаривала со своим животом. Так что в этом нет ничего удивительного. Улыбнувшись, он присел на прежнее место, поставив полный стакан на полку.

— Ты быстро, — улыбнулась Вирсавия, посмотрев на темную жидкость.

— Иди ко мне, — протянул к девушке руку Аррингтон, усаживая ее к себе на колени, бережно обняв талию и накрыв второй бедра.

— Какой ты горячий, — произнесла Вирсавия, обхватив его щеку ладонью, прикоснувшись ко второй губами.

— Помнишь, я говорил тебе подождать хорошего момента пару недель? — изогнул бровь Джеффри. Та лишь кивнула, внимательно смотря на него.

— Он уже настал, — улыбнулся Аррингтон. А штора в комнате поднялась в воздух от порыва ветра. Его рука легла на ее подбородок, мягко поворачивая по кругу комнаты, — Всё это теперь твоё. Полностью, — прошептал он, чувствуя колоссальное удовлетворение от собственных слов. Наконец-то. Наконец его план, к которому он шел долгие, очень долгие годы был выполнен на добрую его часть. На самую приятную часть. Он спокойно может вывести в свет свою чудесную девушку и никто не сможет помешать ему. Они вообще остались тут практически одни.

— Ты ведь убил свою мать, верно? — закусила губу Женевьева, положив руку на его плечо.