Книга Поиграем?, страница 278 – Кая Андерсон

— Идиотка, — разочарованно закатила глаза Алиса, отходя в сторону.

— Я всегда вам говорила, что вы вырастили шлюху, — проговорила со своего угла Патриция, — Такую же, как ее мать, они за член что угодно продать готовы.

— Хватит, — бросил ей Джон, раздраженно махнув рукой.

— Симпатичный парень. — хмыкнула Хильда, пожав плечами, продолжая свою трапезу, — Я бы тоже его захотела, будь помоложе.

— Ты опозорила нас Аннабель, — не обращая на неё внимания, произнес Джон, — Ты предала нас. И ты не выполнила наш приказ, поставив тем самым под угрозу нашу победу на грядущих выборах. Ты осознаешь это?

— Да, — кивнула Скардино. А что ей еще сказать? Осознает. Все понимает. Не тупая. И всегда осознавала. И всегда понимала. С самого первого раза. Да все не досуг было в этом признаться. Она предала свою семью уже очень давно. И только подтвердила это тем, что дала Аррингтонам выиграть и даже сама опустила рычаг.

— Какого черта, ты это сделала Аннабель? — не выдержав, вновь воскликнула Алиса, рывком развернув к себе. — Какого черта? Ты что тупая? Или глухая? Или что с тобой не так?

— Я не хотела ничего плохого, — отбросила ее руки Скардино, — Он… он просто мне понравился.

— Заткнись! — рявкнула мать, опять влепив ей пощечину. — Ты променяла этого ублюдка на свою семью!

— Жиффар лежит в коме в реанимации, — проговорил Джон, опустив взгляд. — Исполнять его обязанности на время отсутствия будет его дочь. Она приедет сегодня вечером.

— И что? — шмыгнула носом Аннабель.

— А то, что с его дочерью мы не имеем никаких подвязок, — громыхнул Джонатан, — Вообще никаких! Она была то тут раза 4 за всё время! А Жиффар и вовсе непонятно выйдет из этой комы теперь или нет! что не могла сказать своему псу к ноге пораньше?

— Он приставал ко мне и….

— Да какая разница? — перебил ее мистер Скардино, вцепившись пальцами в стул, — Ты раздвигаешь ноги перед всеми подряд, неужели не могла сделать это хотя бы для дела? От тебя один черт больше нет никакой пользы!

— Это неправда! — воскликнула Аннабель, громко всхлипнув. По щекам побежали соленые слезы обиды и боли, рывком повернувшись, она поспешила на выход, но мать перехватила ее, со всего маху тряхнув обратно.

— Кто тебя отпускал? — рявкнула она — Не надо корчить из себя оскорбленную невинность! Раз не умеешь ценить, что имеешь и прыгаешь в койку к кому попало, я тебе мигом мозги вправлю, паршивка!

— Пусти! Пусти! — завопила Аннабель, не в силах освободиться от хватки. Затрепыхалась в стороны. Но всё тщетно.

— Хватит! — крикнула Алиса, — Завтра в 11, ты как миленькая придешь на испытание и выиграешь его, поняла? Расскажешь журналистам как Аррингтон приставал к тебе, домогался и пытался изнасиловать. Жиффар помешал ему и поэтому он избил его, а ты не имеешь к этому отношения. Поняла? Поняла меня?

— Поняла! — всхлипнула Скардино, осев на пол от проступившей боли. — Отпусти!

— А после того, как мы победим на выборах, я тебе быстро найду достойную для брака кандидатуру. Чтобы не было больше соблазна по мужикам прыгать и семью позорить! — продолжила Алиса, стянув с ее пальца кольцо.

— Отстань! — истерично крикнула Аннабель и наконец, освободившись бросилась к выходу, врезавшись там в Дамиана, и тут же пропылив мимо. Она ощущала ужасную боль. И моральную и физическую. Всякую. Ее жизнь уничтожена. Полностью.