Книга Поиграем?, страница 200 – Кая Андерсон

— Ты же явно презираешь, меня, считаешь жалкой и слабой. Скажи уже правду и признай, что всё еще здесь только потому, что не нашел пока другого варианта для потрахушек, — вывалила все за пару секунд Скардино отрывисто выдохнув. В моменте, полегчало и стало еще хуже. Но лучше так, чем… по-другому. Это так тупо. Почему она вообще это сказала? Они договаривались только спать и всё. Она сейчас предъявила, что он собирается спать с кем-то другим, хотя говорил, что будет только с ней? Вот идиотка. Кажется, только что она опозорилась еще больше. Несите свечи, она будет праздновать красивую дату. Унижение перед одним и тем же человеком третий раз подряд за сутки.

— Когда я такое говорил? — спокойно произнес Аррингтон, выждав пару секунд. Аннабель просто бесило, это его холодное спокойствие. Она так не умела и, кажется, начинала завидовать. Вот кто внимательно слушал, когда учат. Зато теперь кто-то всегда в выигрыше, а кто-то всегда в заднице. Не надо быть умником, чтобы понять, кто из них где.

— Сама знаю, не тупая, — отмахнулась Скардино, попытавшись отойти в сторону, однако сделать этого ей не дали, а сил на рывок у неё не было.

— Может, тогда и результаты выборов наперёд знаешь? — усмехнулся Рэн, крепче сжав свои руки, не давая пошевелиться,

— Раз такая умная.

— Хватит издеваться, — закатила глаза Аннабель. Можно подумать, ей мало.

— А тебе может, хватит самой додумывать за меня то, чего я тебе лично не говорил? — изогнул он бровь, внимательно посмотрев на ее отражение в зеркале. Аннабель насупилась. Черт логичный. Ведь и не поспоришь толком. Аргументов, кроме того, что она просто знает, у неё нет. Но это же на поверхности! Что она маленькая что ли?

— Почему я вообще должен презирать тебя? Хоть одну причину, — перевёл он одну ладонь на ее плечи. Прикасаясь к выпирающей ключице губами. Эта ситуация была ему не ясна. Если бы он презирал ее. Он бы с ней не спал. Все вроде просто. Уж кто-кто, а Скардино он думал, не страдает излишним самобичеванием, но видно данное качество встроено у девушек автоматически.

— Ну, ты же сам знаешь, — вздохнула Аннабель. Она не станет это повторять и перечислять. Ни за что.

— То есть ты сама еще не решила? — слабо посмеялся Аррингтон.

— Ты считаешь, меня жалкой или нет. Просто ответь, все-таки набралась сил Аннабель. Всё. Ее бесят эти догадки. Глупые мысли. Прямой вопрос, прямой ответ. Все люди взрослые и весьма прямолинейные.

— Нет, — как ни в чем не бывало, хмыкнул Рэн, шустро развернув ее к себе. Усадил на раковину, дабы их лица оказались на одном уровне. Встав между ее ног, он опустил руки на бедра, сжимая их пальцами и двигая вплотную к себе.

— Скардино, я понятия не имею, в каком дерьме ты выросла и насколько отбитые люди твои родители, — тихо проговорил Аррингтон, не разрывая зрительного контакта. Аннабель молча слушала, не моргая. Было даже интересно, что он хочет сказать.

— Моя семья ни разу не лучше, но я могу точно тебе сказать, что я не презираю людей за обычное проявление эмоций.

— Не обычное, — фыркнула Скардино

— Обычное, — тут же отбил Аррингтон. Причем таким тоном, что спорить, как то перехотелось.

— Давай обсудим и закроем тему вчерашнего вечера навсегда.

— Давай, — с вызовом посмотрела на парня Скардино. А можно и обсудить. Почему бы и нет? Чего она вообще так раскисла? Надо бороться за себя до конца.