Книга Поиграем?, страница 193 – Кая Андерсон

— Мне так насрать на всё, — вдруг проговорил он, — Я запрещаю тебе спать со всеми, кроме меня. Не смей так делать.

— А ты? — изогнула бровь Скардино, толком не слыша, что он говорил, но вроде понимая суть. Она вообще то и против особо не была. Странно. Она терпеть не может запреты. Но этот и запретом не назвать. Она итак не собиралась.

— И я не буду, — сглотнул Аррингтон.

— Я не считаю, что у тебя черная душа, — невпопад вставила Аннабель, язык которой окончательно и бесповоротно развязался. Возможно, она пожалеет. Обо всем. Начиная с того, как пришла в этот домик.

— Мне лестно, — усмехнулся Рэн, прикрыв глаза. И правда, стало смешно. Он даже не знал почему. Это было так странно в контексте всей ситуации.

— Я тоже запрещаю тебе спать со всеми, кроме меня, — прошептала Аннабель, погладив его по груди ладонью. — И целовать, и обнимать тоже.

— Ладно — все еще посмеивался Аррингтон. Радовало хотя бы то, что не только его накрыла эта волна собственничества. Нездоровая волна. Он не знал, ни что с ней делать, ни к чему причислять.

Ни к чему не будет. Как и всегда. Не обдумывать временами полезно. Просто жить хватит.

— И давать себе отсасывать тоже запрещаю, — хмыкнула Аннабель.

— Ну, ты прямо подловила. — проговорил Рэн, поглаживая ее волосы…

Обстановка казалось, стабилизировалась. По крайней мере, по сравнению с тем, что тут было вначале. Его немного отпустило. Её кажется тоже. Все хорошо.

— Придешь сегодня?

— Приду.

— Так, я сразу говорю, что ее не трогал и не целовал — быстро проговорил Киллиан, подняв руки вверх, подскакивая со своей кровати. Время было уже полночь. Он только вернулся с чудеснейшего приема и собственно собирался без лишних проблем лечь спать, ибо проблем ему хватило и на этом чудном приеме. Хорошо хоть, что с Рэном он больше не пересекся вовсе. К лучшему. Влезать ни в какие любовные дела он не стремился абсолютно. Тем более, в такие опасные. Тем более в отношения собственного брата, пусть и не родного.

— У меня даже не встал, — добавил он для пущей уверенности. А что? Это важно. Он не возбудился. А значит и не приставал к его спутнице жизни. Так что все хорошо. Переживать не о чем. Конфликты ему были не нужны. Он их не любил.

— Тебе же лучше, — усмехнулся Рэн, собственно и не нацеленный ни на какие разборки. Что ему заняться нечем что ли? Да и с чего бы? У него нет никаких… не важно. Просто не собирался и всё.

— Но я не за этим.

— А зачем? — удивленно, но всё же с интересом посмотрел на парня Киллиан, поправив рукава шелковой темно-бирюзовой рубашки для сна. — Кстати, давно ты заимел отношения с Аннабель? Вроде их ненавидит ваша семья, разве нет?

— Не твое дело, но знать об этом никто не должен, — хмыкнул Аррингтон, прикрыв за собой дверь.

— Да уж понятное дело, — весело проговорил Киллиан, блеснув темными глазами. — А я то уж начинал думать, что ты гей.

— Заткнись, а, — качнул головой Рэн.

— Помнишь день рождения моей матери, в прошлом году?

— Оу, ну ты и вспомнил, — посмеялся Киллиан, расслабленно плюхнувшись на кровать, — А что?

— Помнишь или нет?

— Ну, помню, — задумчиво протянул Аррингтон, закинув руки за голову, — Хорошо тогда погуляли кончено, покачал он лицом в такт какой-то своей музыке.

— Да, ты особенно хорошо, — хмыкнул Рэн,