Книга На два импульса, страница 45 – Амалия Мо

Я стояла под прохладным потоком воды, лбом опёршись в стену. Как можно быстро возненавидеть себя? Как можно быть хорошим человеком, который совершает плохие поступки?

Очень легко, как оказалось.

Наверное, это последствия того, что я проиграла борьбу, которую сама же и затеяла.

Сначала я жила поиском Логана, из-за этого стала донором Калеба, попала в семью к Морвелям и постепенно открывала всё новые последствия того, что я – донор. Я ненавидела своё предназначение, ненавидела, что моя жизнь не принадлежала мне.

А потом неожиданная весть о том, что я не могу иметь детей… И последний гвоздь в крышку моего гроба: Логан жив, но у него теперь другие интересы, в круг которых я больше не вхожа.

Боль поселилась внутри настолько, что я готова была сделать всё, лишь бы заглушить это чувство. И я сделала…

Инъекция, которая помогала отключить привязку и забыться с Демианом. Я научилась кусаться, даже когда в этом не было смысла.

Это жестоко, но одна часть меня хотела, чтобы Калебу было так же больно, как мне. Чтобы он знал, что я намеренно сплю с его братом, лишая его даже возможности приблизиться.

Я хотела, чтобы им всем было больно, даже Логану, через которого Берроуз держал меня на крючке.

Потенциально у меня мог появиться доступ к препарату от вампиризма, который я действительно хотела отдать… просто потому, что это станет финальной точкой в том, что между нами когда-то было.

Казалось, что с Демианом мы оговорили всё на берегу. Ни о каких чувствах не могло быть и речи, но я могла гарантировать, что это соблюдается только мной.

Обречённо вздохнув, я выключила душ и вышла из ванной, обернувшись бежевым пушистым полотенцем. Калеба в комнате не было, поэтому я прошла к шкафу и переоделась.

Как только вышла в коридор, услышала разговор на повышенных тонах и сразу ускорилась.

На пороге стоял… Демиан. Он смотрел на брата не мигающим взглядом, а когда увидел меня, болезненно усмехнулся.

Именно этого я и боялась… Последствий, которые не заставили себя ждать. Рикошет моей глупости задевал тех, кто не имел к этому никакого отношения.

— Доброе утро, Каяна. Вижу, ты выспалась, – голос звучал, почти насмешливо. Но в улыбке не было ничего живого. Только боль, ловко замаскированная под язвительность. – Как будем делить дни? Тебе чётные, мне нечётные? – повернувшись к брату, спокойно поинтересовался он.

Что-то внутри меня надломилось.

Правда всегда бьёт больнее. Больнее, чем сомнения. Больнее, чем упрёки.

В словах Демиана звучала правда. Та, которой я сама позволила случиться. Та, за которую не было оправданий.

Я не успела сделать глоток воздуха, а Калеб уже резко шагнул вперёд. Одним движением он схватил брата за горло и вжал его в стену. Глухой удар раздался, когда его спина врезалась в бетонную стену. Казалось, что краска пойдёт трещинами от силы, но всё оставалось прежним. Демиан не сопротивлялся, не предпринимал попыток бороться. Он просто смотрел.

Картина до боли напомнила о том дне в баре.

Тогда Калеб удерживал брата в такой же хватке, но в тот раз в его глазах читалось предупреждение, а сейчас… Сейчас я отчётливо увидела то, что он способен причинить вред даже тому, с кем делил родную кровь.

— Ещё раз напомнишь, что спал с ней… – голос срывался, в нём не было ни капли хладнокровия, – я вырву твой кадык. Понял?