Книга Пять ударов в минуту, страница 127 – Амалия Мо

Закончив говорить, я подняла голову. Не было ни единого предположения, каким взглядом Риэль наградит меня на этот раз.

Его рука сомкнулась на моём горле, пальцы жёстко, без сомнений, вдавили меня в колонну. Камень впился в спину, воздух застрял на выходе. Кронвейну было плевать, увидит ли нас кто-то. Плевать, что мы на виду. Плевать на приличия.

— Какого хрена ты просто не призналась? — процедил он почти мне в губы.

Я рассмеялась почти истерично, без попытки сгладить атмосферу.

— Призналась? Ты помнишь себя в студенческие годы, Кронвейн? Давай я напомню. Тогда тебя звали Габриэль. И ты смотрел на меня как на мусор.

Пальцы на горле сжались сильнее, но я продолжила, потому что уже было всё равно.

— А потом я поняла почему. Потому что я первокровная. Потому что для тебя я была не человеком, а ошибкой. Но юная Лидия этого не знала, она верила, что если подарить кому-то свою любовь, то он примет её. Разделит. Не растопчет.

Слова резали горло сильнее, чем его рука.

— Глупая девчонка верила, что если будет рядом… если будет удобной, нужной, тихой… ты хотя бы посмотришь.

В груди сжалось, и я позволила этому чувству остаться, не делая попыток от него избавиться.

— Так что нет, Риэль. Я не могла признаться. Во мне не было ни грамма смелости и уверенности…

Два полюса сошлись в одной точке. Его ледяные тёмные глаза и мои горящие огнём — голубые. Мы буровили друг друга, и в этом молчании звучало больше, чем во всех сказанных когда-то словах.

«Я не хотела убивать Майлза.»

«Но убила…»

«Если бы ты обратил на меня внимание…»

«Если бы ты просто сказала о своих чувствах.»

— Вот вы где! Ребята, оставьте вашу страсть, там начинается программа!

Я выглянула из-за плеча Риэля и убедилась, что голос Верховной не вязался с выражением её лица. Она скривилась от отвращения, а руки с силой сжали ткань платья на бёдрах.

Юриэль была влюблена в Риэля… Только до одури влюблённая женщина может смотреть на другую с такой ненавистью. Мысленно усмехнувшись, я отметила, что у них даже имена созвучны. Идеально подходят друг другу.

Оттолкнув Кронвейна, я молча поднялась по ступенькам и вошла в зал. Вечер фальшивых улыбок должен продолжиться, шоу ещё не закончилось.

На сцене выступала какая-то исполнительница, гости принялись плавно выходить на танцпол. По-моему, после душераздирающей речи о пострадавших, это было неуместно, как танцы на костях.

Я села на место и вжалась в стул, стараясь стать меньше. Муж Юриэль, уже прилично пьяный, пошло улыбнулся и подался вперёд. Боги, дайте мне сил вытерпеть это всё.

— Ты! — он указал на меня пальцем. — Хочешь отомстить своему мужу?

— Потанцуешь со мной? — рука, появившаяся сбоку, оказалась как нельзя кстати.

Без лишних слов я вложила ладонь, позволяя Эребу вести меня в центр зала.

— Спасибо, — выдохнула я и положила голову на грудь Стикса.

Плевать, что подумают люди, плевать, что слухи расползутся, как тараканы. Мне нужно было хоть что-то… Крошечная доза дофамина.

— Я думала после представления Кронвейна, ты больше не подойдёшь ко мне, — честно призналась я и ощутила, как его руки сжимают талию крепче.

— Признаю, это было больно, и я правда раздумывал о том, стоит ли отступить.

— Почему не отступил?

— Потому что до сих пор не вижу счастья в твоих глазах…