Книга Пять ударов в минуту, страница 126 – Амалия Мо

— Лидия, свяжись со мной, как появится время, — напоследок сказал Эрих и вернулся в здание, будто ничего не произошло.

— Ищешь отходные пути? — хмыкнул Кронвейн, но подошёл ближе, чтобы стереть влагу с моего лица.

— Бесполезно искать то, чего нет, — соврала я и развернулась, чтобы уйти.

— Лидия, подожди, — тот факт, что он не остановил привычным способом, заставил меня замереть на месте.

Я обернулась только для того, чтобы удостовериться, что мне не показалось. Он обратился ко мне… спокойно?!

— Ты убила Майлза, но почему каждый раз, вспоминая об этом, плачешь?

Нервы натянулись, как канаты. В два шага я оказалась рядом и толкнула его прямо в грудь.

— Потому что я не хотела его кусать, грёбаный ты кусок дерьма! У Майлза был дурацкий план, чтобы… Чтобы…

На этом моя уверенность закончилась. Я подняла глаза и посмотрела на него.

— Какой план?

— Неважно, — хотелось поскорее оказаться среди толпы. Там, где можно отыгрывать, а не обнажать душу до уродливых шрамов.

— Какой план? — повторил Кронвейн, пугающе нависая надо мной.

У меня не получилось избежать ответа даже если бы я вдруг потеряла дар речи. Риэль бы достал слова прямо из глотки.

— Я была влюблена в тебя с самого детства, — призналась я и вдруг поняла, что не так страшно говорить о чувствах, которые больше не трогают.

За маской абсолютной собранности не было видно истинных эмоций Верховного. Он просто стоял и просто смотрел.

— И поступила в тот колледж, где ты учился, чтобы… — улыбка дрогнула на губах, — чтобы быть ближе. Там я и познакомилась с Майлзом, который предложил мне помочь. Он сказал, что ты тоже смотришь на меня, а потом…

Я вдруг ощутила, как глаза щиплет от новой волны слёз. Наверное, это исповедь приносила облегчение.

— Потом он предложил мне притвориться парой. Майлз думал, что если я буду приходить к вам в комнату и постоянно мелькать у тебя перед глазами, ты… Боги, как же тяжело, — сжав руку на груди, я схватила побольше воздуха.

Жизнь не готовила меня к тройному удару. Воспоминания о Майлзе, разговор с отцом и откровения перед Риэлем.

— Он считал, что я нравлюсь тебе и хотел вызвать ревность, но у нас ничего не получалось. Сейчас я понимаю, насколько это было глупо, но тогда… Тогда у меня просто не было других вариантов, чтобы привлечь твоё внимание…

Мне было что добавить, но слова перестали складываться во что-то осмысленное. Я чувствовала себя оголённой до неприличия. Словно сама сняла кожу и показала шрамы, которые не предназначались для чужих глаз.

Но я стояла перед ним…

Перед тем, в кого когда-то была влюблена. Перед тем, ради кого согласилась на чужую глупость и собственную слепоту. Перед тем, кто теперь смотрел так, будто видел меня целиком.

Влажные дорожки слёз не утихали, но было так больно, что я не могла взять себя в руки.

— Я не хотела его использовать, — сказала я тише, уже не защищаясь. — Просто… ухватилась за единственный вариант. В тот вечер… Он сказал, что у него есть план и нам надо попробовать использовать его. Майлз дал мне выпить для храбрости, так он тогда сказал. И после этого всё покатилось к чертям. Жажда проснулась сама собой, хотя я не была голодна… Мы поднялись на второй этаж, а я даже не могла ничего сказать. Я смотрела на происходящее со стороны и не могла… Я, блять, не могла ничего сделать! Он умирал из-за меня!