Книга Между звезд и руин, страница 178 – Тая Север

Сквозь пелену боли я увидела, как свет, вырываясь из моего тела, проникает в камень. Он мерцал и переливался, словно живая сущность, а затем, словно по невидимому каналу, перетекал к Ксару. Его лицо исказилось в победной ухмылке, а один глаз засиял неестественным светом.

С каждым мгновением я чувствовала, как становлюсь всё слабее, как моя сила покидает меня, переходя к нему. Это было похоже на то, как будто из тебя вынимают душу, оставляя лишь пустую оболочку. Я пыталась сопротивляться, но сопротивление было бесполезно — они были слишком сильны, слишком подготовлены к этому моменту.

«Нет... Пожалуйста, остановитесь», — беззвучно шептали мои губы, но даже этого они не могли услышать.

Внезапно меня накрыло волной опустошения и всепоглощающей усталости. Мир вокруг словно потерял все краски, окрасившись в тусклые серые тона. Я проиграла — это было ясно как никогда. Внутри образовалась зияющая пустота, и я чувствовала невосполнимую потерю каждой клеточкой своего существа. Одинокая слеза скатилась по моей щеке, оставляя на коже солёный след.

В тот момент, когда последняя капля света покинула моё измученное тело и перетекла к Ксару, он взглянул на меня с хищной ухмылкой. Его лицо исказилось от торжества — один глаз оставался всё таким же фиолетовым, а второй горел ярким, неестественным светом, словно в нём зажглась новая звезда.

Он медленно протянул руку вперёд, и на его ладони начал формироваться светящийся шар. Он был соткан из белоснежного света, пульсирующего и живого, словно маленькое солнце. Ксар безумно расхохотался, его смех эхом отразился от стен, наполняя комнату торжеством победителя.

— Кто теперь ничтожество? — с издевкой произнёс он, наслаждаясь моим унижением. Его голос звенел от самодовольства, а в глазах плясали отблески украденной силы.

Я лежала, чувствуя, как последние остатки энергии покидают моё тело. Теперь я действительно была никем — пустой оболочкой, в которой больше не было той силы, что делала меня особенной. В его глазах я видела своё поражение, своё бессилие, своё полное и окончательное падение.

— А теперь смотри, крошка, — его голос сочился ядом, — как легко можно разорвать нашу связь.

Его длинные пальцы с силой рванули нить, на которой висел кулон, с моей шеи. Резкая боль пронзила кожу, словно он вырывал кусок моего сердца.

— Я отрекаюсь от тебя, — процедил он сквозь зубы, держа в руках символ нашей разрушенной связи.

Всё это время... Всё это время я могла избавиться от этой проклятой связи так просто? Его слова эхом отдавались в моей голове, наполняя душу горечью и унижением. Он делал из меня дуру, играл со мной, как кошка с мышью, наслаждаясь каждым мгновением моего страдания.

Ловким, почти театральным движением он намотал нить с кулоном на свои чёрные, как вороново крыло, волосы. В его глазах плясали безумные огоньки, а на губах играла самодовольная улыбка.

Его холодная ладонь грубо похлопала меня по щеке, словно он обращался к непослушному ребёнку.

— Кто я, если не гений? — произнёс он с маниакальным блеском в глазах. — А теперь прости, ты больше не представляешь для меня никакой ценности.

Каждое его слово было словно удар ножа в сердце. Я лежала, чувствуя, как внутри меня что-то окончательно умирает. Он не просто отнял мою силу — он растоптал моё достоинство, уничтожил веру в себя, превратил мою жизнь в пепел.