Книга Темный бог академии, страница 81 – София Руд

— Если бы я знала кто, — вздыхаю и тут же вздрагиваю от холодрыги.

Солнце светит ярко, а пар изо рта уже идет. От грозовых туч и следа не осталось, хотя дорожки мокрые и в воздухе все еще пахнет дождем. Видимо, ливень шел всю ночь.

— Знаю только, что двое было. Лиц толком не видела.

— А не те ли это второкурсники, которые свалились из окна?

— Что? — застываю на месте.

— На каждом углу только об этом и говорят. Рано утром, когда я тебя искала, по двору бегали стражи. Я уж подумала, с тобой что-то случилось. Спросила, но мне не ответили. А потом я увидела все сама, — Иша бледнеет.

То зрелище явно ее впечатлило. Она даже застывает в метре от входа в башню и не двигается с места. Приходится легонько подтолкнуть ее к теплу.

— Ректор тоже там был. А потом вся академия гудела. Сказали, что те двое подрались с применением магии, повредили стены и в итоге сшибли друг друга ударной волной такой силы, что оба вылетели из окон пятого этажа. Чудом остались живы, но будут отчислены.

Теперь моя очередь застывать на месте. Ведь если это те самые адепты, которые охотились на меня прошлой ночью, то верить «в подрались и почти поубивали друг друга» не представляется возможным.

Больше похоже на то, что их кто-то наказал и выставил все под другим углом. Либо же таким образом заказчик избавился от исполнителей. Замел следы.

— Яра, ты чего так побледнела?

— Знаешь, я пожалуй, пойду сразу в лазарет, передай, пожалуйста, профессору, что мне нехорошо, — прошу подругу.

— Может, мне с тобой?

— Я бы с радостью, но за пропуски отдуваться придется, — напоминаю подруге, и ее боевой запал быстро сходит на нет.

Громкий звон колокола — одиночный — оповещает о том, что занятия скоро начнутся. Прощаюсь с подругой и спешу в другую башню.

Посмотреть в глаза вчерашнему кошмару страшно настолько же, насколько увидеть искалеченные тела. Может, и не придется. Но мне точно стоит поспешить и сообщить о том, что вчера планировалось покушение. А двое участников, возможно, не смогут сообщить имя того, кто все организовал.

Выходит, у меня еще больше врагов, чем я предполагала. Либо же руки принцессы очень длинные, а методы вовсе не такие справедливые, как хотелось верить. Либо есть кто-то третий, о ком я даже понятия не имею.

Пробегаю последний белый коридор и толкаю высокие двери лазарета. В нос бьет едкий запах трав и антисептиков, а двое озадаченных мужчин, которые спокойно попивали чай за рабочим столом, переводят на меня озадаченные взгляды.

Мужчина помоложе, — лет двадцати пяти — тридцати — даже вздрагивает. Фарфоровая зеленая чашка в его руке пошатывается, и коричневая капля падает на белую мантию.

— Простите, — склоняю голову после осознания того, как нагло вторглась.

— Еще что-то случилось⁈ С кем? Где? Да что же за день такой? — сетует старец, пока молодой со звоном ставит чашку на блюдце и судорожно стряхивает каплю. Но пятно уже успело впитаться.

Прежде чем ответить, окидываю взглядом огромный зал. Все шторки между койками открыты — больных здесь нет.

— Нет. Просто, нехорошо себя чувствую, кажется, меня чем-то опоили, — говорю я. — Вчера…

Решаю пойти этой дорогой и постепенно разузнать все, что известно лекарям. К моему заявлению они относятся весьма скептично.

«В академии нет идиотов, желающих быть зачисленными за такую глупость», — так и отпечатывается на морщинистом и гладком, без единого намека на щетину, лицу старшего лекаря. Однако он не отказывает в приеме.