Книга Безумные дни в Эстерате, страница 92 – Эрли Моури

— Дорогой Дженсер, как же мне без тебя плохо! Как я скучаю! Даже плачу по ночам, думая о тебе и ожидая тебя! — читала аютанка изменив голос так, что он стал тонким, как у мышки (так, по ее мнению, звучал голос Эрисы).

— Постой! — Дженсер поднял руку, прерывая ее. — Неужели она так сильно скучает, что плачет по ночам? О, моя Эриса! Раньше ты не была такой сентиментальной. Что долгая разлука делает с людьми!

— А может она придуряется? — возразила его сводная сестра. — Написать можно что угодно. Дальше читаю, — и она продолжила: — Меня очень трогает твоя беспрестанная забота обо мне! Твои письма, которые я храню под подушкой, целую и перечитываю снова и снова. Как же мне повезло, что боги подарили такого любящего, заботливого мужа! Я очень рада, что ты путешествуешь не один, а рядом с тобой твоя любимая Сульга и очень надеюсь, что она тебе хотя бы отчасти заменят меня ночью и днем.

На этом месте Сульга остановилась и еще пробежала последние строки глазами. Не померещилось ли ей? И даже шепотом повторила слова: «…с тобой твоя любимая Сульга и очень надеюсь, что она тебе хотя бы отчасти заменят меня ночью и днем».

— Любимый мой, — аютанка перевела взгляд на брата. — Твоя Эриса не такая плохая женщина, — сказала она с некоторым изумлением и мысленно добавила: «Может не надо добавлять в ее чай яд? В самом деле, Валлахат с ней — пусть живет».

— Я тебе и раньше говорил. Эриса на самом деле хорошая. Только бывает скандалит без причин. Ты дальше читай, — поторопил он.

— И как же хорошо, что ты забрал с собой все наши деньги — теперь я хоть не беспокоюсь, что тебе их хватит на решение наследственных вопросов и на еще более длительные путешествия, — продолжила чтение Сульга и добавила воодушевлением: — Да твоя Эриска совсем не жадная!

— Да, она добрая, — подтвердил стануэсс. — Денег у нее всегда было много. Поэтому добрая. Дальше давай.

— Если средства пока еще позволяют, купи что-нибудь Сульге. Например, сандалии, колечко, шелка. Порадуй ее от всей души вместо меня, — прочитав о подарках, сестрица Дженсера так и замерла в обалдении. А потом, опустив свиток сказала: — Откуда она знает о подарках? Ты ей писал про шелк и сандалии?

— Нет. Вообще ничего подобного не писал. В самом деле, как она догадалась? — теперь Дженсер был озадачен неменьше, чем его сестра. И было в этом письме что-то не так. Явно не так. Никогда не была госпожа Диорич прям такой вся из себя доброй до самых глубин, душевной и сентиментальной. И уж точно его жена никогда не страдала самопожертвованием. — Странно все это. Ладно. Читай дальше помедленнее.

— За свою Эрису, милый Дженсер, не переживай. — продолжила Сульга, — Хотя деньги у нас давно закончились, живем мы с Нобастеном неплохо. Потому как теперь я подрабатываю шлюхой в таверне. Целую, твоя зайка.

— О, боги! Дай письмо! — Дженсер вскочил с дивана и выхватил свиток у Сульги. Развернул его и лихорадочно пробежал глазами от начала и до конца. Последние строки письма повторил в слух: — …теперь я подрабатываю шлюхой в таверне. Целую, твоя зайка.

— Она тебе изменяет! И еще как: продается за деньги!.. — также как и Дженсер Сульга была в недоумении. Ей тоже казалось теперь, что с письмом неожиданно доброй госпожи Диорич что-то слишком не так.