Книга Безумные дни в Эстерате, страница 67 – Эрли Моури

— Огромные деньги, госпожа! — оповестил слуга, закончив счет. — Тысяча салемов от вашего мужа. И вот вы что принесли… Тут тысяча сто салемов плюс двести гинар.

— Двести гинар это примерно тысяча четыреста салемов, — быстро прикинула Эриса. — Всего три тысячи пятьсот.

— Нобастен, тебе сейчас придется сходить кое-куда. — Эрисе очень хотелось побыть одной и был хороший повод отправить старого слугу из дома: — На улице ждет мой телохранитель, с ним поднимешься выше подгорного рынка и походите, посмотрите там жилье на сдачу. От Сорохи мы завтра уйдем. Нам нужен хороший, ухоженный домик не менее четырех комнат со своим двориком, а лучше садом, — она на миг задумалась, борясь с мыслями о Дженсере и стараясь вернуться к вопросу о новом жилье. По-хорошему, ей нужно было идти самой. И лучше это сделать утром, чтобы больше времени осмотреться и выбрать домик на свой вкус. Но, нет, ей сейчас хотелось кусочек тишины, одиночества. Такая важная штука как жилье становилась чем-то второстепенным. — Если с садом, так чтобы тень от деревьев, цветочки, как было бы хорошо, — добавила она, в наставлении старому слуге.

— Это правильно, госпожа, — согласился Нобастен, он и прежде был недоволен, что Дженсер выбрал такие нищие трущобы. — Вам, стануэсса негоже жить в плохом доме. Я постараюсь найти самое лучшее.

— Рассчитывай на пятьсот-шестьсот салемов за двоелуние. Или не слишком больше. Вот, — она положила пустой кошелек. — Отсчитай сюда деньги. Их возьмешь с собой.

— И еще важно, — проговорила Эриса, провожая слугу к двери. — Того человека, — она указала на телохранителя, подведя на миг Нобастена к окну. — Его звать Юмай Омлат. Он ни в коем случае не должен знать мое настоящее имя и мой арленсийский титул. Для него я просто Аленсия из Арленсии. Понял, да?

Слуга растерянно кивнул: — Аленсия из Арленсии, — повторил он, чтобы ненароком не перепутать.

— Верно. Удачи в поисках жилья, — госпожа Диорич открыла двери, выпуская старика на лестницу. — Еще, Нобастен, можешь потратиться на себя. Пусть с этой суммы сто салемов будут твои. Тем более, я же задолжала тебе за эль.

— Не обижай, госпожа Аленсия. Разве я не могу угостить тебя от души, а не за деньги. Ель еще куплю и вино впрок, — проговорил слуга и начал спускаться к ожидавшему воину.

— Купи себе на голову платок от солнца или тюрбан! — крикнула в след стануэсса.

Когда они ушли, Эриса легла на кровать, прихватив письмо Дженсера. С первых строк госпожа Диорич поняла, что это самое первое письмо, волею богов дошедшее до нее с огромным опозданием. И эти дни такой обидной задержки должны стать роковыми в ее отношениях с мужем. Прочитав далее, стануэсса узнала, что Сульга, о которой так часто упоминал Дженсер, вовсе не жена ему, а любимая сестра. И Сульга так же причастна к наследству, поэтому тоже следует в Фальму.

— Какая же я дура! И какая я дрянь! — простонала госпожа Диорич, письмо выпало из разжавшихся пальцев на пол.

Когда Эриса пришла в себя, то села за письмо и написала всего три строчки:

«Дженсер, дорогой мой человек! Я очень, очень, очень виновата перед тобой! Знаю, простить такое нельзя, поэтому я ни о чем не прошу. Мы разведемся сразу по прибытию в Арсис. Эриса». Несколько слезинок упали на бумагу рядом с ее именем, заменяя те слова, которые она не сказала. Еще ей хотелось исправить холодное «Эриса» хотя бы на «Твоя Эриса», но это было бы слишком большой ложью.