Книга Свет над Грозовым Створом, страница 16 – Алиса Миро

​— Стойте, — сказала я.

Я не кричала. Я просто вложила в это слово всю свою управленческую волю.

​Он замер.

— Виктор, — я впервые назвала его по имени, и его спина напряглась. — Посмотрите на меня.

Он неохотно обернулся.

— Вы женились на мне ради пророчества. Ради «неисчислимого богатства». Так?

Он молчал, его челюсти сжались так, что заходили желваки.

— Два года вы ждете, что я наколдую вам золото. А я только старею и трачу ваши дрова. Вы считаете меня пассивом. Убыточным активом.

​В его глазах мелькнуло удивление. Слова «актив» и «пассив» были ему незнакомы, но интонацию он понял.

​

— Я не знаю этих слов, — процедил он. — Но я знаю, что за два года я не увидел от вас ничего, кроме истерик и требований.

​— Это изменится, — я подняла руку с тетрадью (которую так и держала прижатой к бедру, но теперь решила использовать как реквизит). — Но машине нужно топливо. Я не смогу дать вам... результат... на пустой овсянке. Если нет кофе — найдите мне аналог. Цикорий. Жженый ячмень. Что угодно, что горькое и бодрит. И яйца.

​Я видела, как он борется с собой. Желание послать меня к черту боролось с суеверным страхом упустить шанс. Вдруг старуха и правда что-то затеяла? Сегодня она говорила иначе. В ее глазах не было мутной пелены безумия. В них был холодный расчет.

​— Я скажу Мерце насчет яиц, — наконец произнес он глухо. — Если куры несутся. Но «кох-фе»... забудьте. Если хотите взбодриться — выйдите на стену. Ветер там такой, что сносит с ног.

​Он резко развернулся, звякнув шпорами о камень.

​​— И, Матильда...

​Он уже взялся за ручку двери, но вдруг замер. Его ноздри дрогнули. Он почувствовал запах. В этой промерзшей башне, пахнущей старостью, аромат свежего, сладкого пиона был как удар под дых.

​Он медленно повернул голову.

Его взгляд скользнул по мне, по кровати и уперся в каминную полку.

В малиновый, невозможный цветок на сухой палке.

​Тишина стала звенящей.

Я видела, как расширились его зрачки. Как рука в кожаной перчатке сжалась в кулак так, что кожа заскрипела.

Это был не просто цветок. Для него это было доказательство того, чего он боялся больше всего.Неконтролируемая, неестественная жизнь.

​— Откуда это? — спросил он тихо. Голос упал до шепота, но в нем было столько угрозы, что мне захотелось спрятаться под одеяло.

​Я сглотнула. Врать. Быстро и уверенно.

— Нашла в сундуке, — сказала я, пожимая плечами. — Искусственный. Шелк и духи. Старая леди любила красивые вещи. Решила украсить этот склеп.

​Виктор смотрел на цветок еще секунду. Потом на меня. Он не поверил. Я видела, что не поверил. Искусственные цветы не пахнутжизнью.

Но он предпочел не проверять. Онбоялсяподойти и коснуться его. Ему было проще принять ложь, чем столкнуться с магией лицом к лицу.

​— Выглядит... нелепо, — бросил он резко. — Как румяна на покойнике. Уберите это.

​Дверь захлопнулась с грохотом.

​Я выдохнула, откидываясь на подушки.

Цветок на камине радостно качнул бутоном.

— "Румяна на покойнике", — повторила я его слова. — Ну спасибо, муж. Зато я теперь точно знаю: магия есть. И ты её боишься до чертиков. А значит, у меня есть козырь.

​Я посмотрела на свои чуни.

Кофе нет. Зато есть цветок и страх Лорда.

— Ладно, — сказала я цветку. — Живи пока. Но если ты не научишься греть воду, толку от тебя мало.