Книга Хроники заблудившегося трамвая, страница 67 – Маша Старолесская

— Слушай, а может… — начала Ри.

Дан заговорщицки подмигнул ей, и она умолкла.

— Развязывать, Кэп? — спросил гитарист-совёнок.

— Развязывай.

Со шнурками пришлось повозиться. За то время, пока пленник был связан, да ещё его таскали туда-сюда, узлы затянулись, и быстро развязать их не получалось. Гитарист-совёнок чертыхался, ломал и без того короткие ногти, искал, чем бы подцепить петлю. Дим наблюдал за этим абсолютно равнодушно, не дёргался, не сопротивлялся, будто его парализовало или Дан ударил по нему заморозкой.

Ри сходила в салон за водой (кофе ей наотрез отказалась отдавать Ди) и остатками печенья (на них Сен порывался плюнуть, но потом передумал). На лавке, слишком узкой для него, выставив ноги в проход, лежал Вик. На лбу у него красовался компресс, сделанный из какой-то чёрной тряпки, одна рука покоилась на груди, другая безвольно свисала до Пола. Ди сидела рядом с ним, поджав ноги по-турецки.

Когда Ри уже направилась к выходу, скрипачка мощной рукой схватила её за полу кардигана и спросила:

— Ну у тебя-то с собой таблетки есть? Обезбол какой-нибудь? Он скоро проснётся, надо будет что-то делать.

Ри помотала головой.

— А у вас?

— У нас для этого был Вик…

«А у меня — Нюсик», — подумала Ри, но вслух ничего говорить не стала, только печально вздохнула.

В дверях она шепнула Дану:

— Что ты задумал? Ты его правда тут кинешь?

— Надо кое-что проверить. Если я прав, Сен успокоится и перестанет дурить. Если неправ, этого, — Дан махнул рукой на неподвижного Дима, — мне не жалко.

* * *

Ри поставила бутылку воды на асфальт рядом с Димом, положила пакет с печеньем ему на колени. Пленник, уже освобождённый от пут, проводил её безучастным взглядом. Казалось, ему сейчас всё было едино.

Стараясь не поворачиваться к нему спиной, Ри сделала несколько шагов, убедилась, что Дим не пытается напасть, перешагнула через высокий бордюр, отделявший тротуар от проезжей части, и побежала к трамваю. На фантомы проезжающих мимо машин она не обращала внимания.

Когда до распахнутых дверей оставалось совсем немного, над головой Ри что-то грохнуло, полыхнуло, её толкнуло под колени и… Последним, что она успела увидеть, было перекошенное от страха лицо Дана. Она ещё почувствовала, как её втаскивают в салон, но мир уже померк и погрузился в тишину.

Сколько она пробыла в забытьи, несколько мгновений или несколько минут, Ри не понимала. Первыми вернулись звуки: вопросы Дана, голос Ди, говорящий, мол, жива, цела, возможно, контужена, звон трамвая. Они доносились как будто сквозь толщу воды. Следом она ощутила, что лежит на жёсткой деревянной лавке, и тонкие планки больно упираются ей в лопатки. Мир качался. То ли голова кружилась, то ли трамвай продолжил свой путь сквозь туман.

— Мы едем? Мы едем? — Ри поднялась на локтях и открыла глаза. Голова тут же налилась тяжестью.

— Тихо, не рыпайся, — сказала Ди, укладывая её обратно на лавку. — Нам с одним возни хватает.

Из мельтешения искр и тёмных пятен возникло лицо Дана, всё ещё серьёзное и обеспокоенное, но хоть не испуганное.

— Мы стоим. Трамвай отказывается ехать без этого гадёныша.

* * *

Ри в окно наблюдала, как Сен и Ди второй раз за ночь паковали Дима. Флейтист поднял его на ноги едва ли не за шкирку, такого жалкого и безобидного, что хоть плачь, и пару раз сунул кулаком в солнечное сплетение. Дим задёргался, согнулся и получил ещё один удар, на этот раз от Ди.