Книга Дракон-холостяк. Визит старой тётушки, страница 42 – Маша Старолесская

— А может, ну его, этот бал? – предложил Эйтан Пендрагон, принимая бокал из рук дворецкого. – Бросим всё, сбежим к девицам из весёлого квартала?

— Её Милость подумала о таком развитии событий, – меланхолично сообщил Бернард. – И поставила охрану у дверей дома.

— Но всегда можно попробовать бежать через вход для прислуги! – Эмберглоу даже всплеснул руками, предвкушая весёлое приключение.

— Там тоже стоит охрана… – не меняя выражения лица, сказал дворецкий. – Потому мой долг – предупредить гостей моего господина о том, что ни сам граф Драгонфорт, ни его друзья не смогут покинуть усадьбу до окончания праздника. Хотите сигары?

Последний вопрос был обращён к Эйтану Пендрагону, который уже вовсю выдыхал колечки дыма, заполняя комнату удушливым запахом прогоревших спичек и палёного рога.

Комната стремительно наполнялась серной атмосферой. Эмберглоу, сидевший рядом, закашлялся и отодвинулся к окну, приоткрыв форточку. Драхеншнейдер принялся обмахиваться носовым платком. Скайфайр с тоской посмотрел на дверь, ведущую в безопасный коридор.

Драгонфорт прикрыл нос смоченным духами платком. Лаванда, которой благоухала ткань, смешивалась с серным амбре, создавая букет, достойный ада, украшенного полевыми цветами.

— Пахнет просто отвратительно! – простонал он, закатывая глаза. После приключения с цветком кактуса его обоняние стало особенно чувствительно к сильным запахам, и сейчас это было настоящей пыткой. – Эйтан, ты уверен, что твой метод не убьёт нас раньше, чем начнутся испытания?

— Благодарю, я старался, – Эйтан Пендрагон отвесил шутливый поклон, едва не опрокинув графин. – Три дня ел на завтрак каменный уголь с чесноком. На обед – серу с луком. На ужин – жжёные спички, запечённые в тесте. Кажется, скоро мне и в самом деле потребуется помощь… Всё ради тебя, Лео. – Он драматически прижал руку к сердцу.

— Я ценю твои жертвы, – тут же ответил Драгонфорт, стараясь дышать ртом.

— Значит, я могу прислать тебе счета от лекаря, если он потребуется? – Эйтан прищурился с деланной надеждой.

— Долг дружбы свят… В разумных пределах, естественно, – вздохнул Драгонфорт, понимая, что друг его просто разыгрывает, но в каждой шутке есть доля правды.

— У меня родился тост! – вклинился в разговор Драхеншнейдер, поднимая свой бокал с огненной водой. – Я предлагаю выпить за дружбу, которой не страшны никакие испытания! Даже счета от лекаря! Даже двадцать три претендентки на крыло и сердце! И, конечно же, гигантские улитки!

Драгонфорт чокнулся с товарищами и сделал глоток. Огненная вода... была на вкус подозрительно похожа… на чай? Причём на слабый, едва заваренный, с намёком на бергамот. Остальные холостяки тоже с сомнением уставились на свои бокалы, пытаясь понять, что происходит. Эйтан Пендрагон, не привыкший церемониться, хлебнул сразу полбокала и замер с выражением глубочайшего недоумения на лице.

— Бернард, скажи мне, – самым любезным голосом из возможных произнес граф, отставляя бокал в сторону, – давно ли ты стал чудотворцем? Как тебе удалось превратить хмельной напиток, дарующий забвение и веселье, вот в это? – Он кивнул на бокал с видом человека, которому только что сообщили о кончине любимого родственника.– Распоряжение герцогини Драхенфрей! Она побоялась, что вы переберёте перед началом праздника и попросила разбавить огненную воду, которую вы так любите.