Книга Прекрасной юности момент, страница 27 – Эва Эльс

— Ты не против, если я зайду к тебе поболтать?

Он немного склонил голову вбок, словно немо повторил свой вопрос, а в ответ я только активно закивала похлопав по пледу рядом с собой, приглашая его присесть. Когда он устраивался напротив, то отчаянно пытался повторить положение в котором я сижу, но в итоге сдался и просто подогнул колени под себя, шутливо пихнув меня в плечо.

— Так о чём ты хотел поговорить?

— О твоём окружении. — он игриво улыбался и эта радость была заразительной. — Вы...

— О нет, ни за что, я поняла о чём ты, даже не вздумай!

— ...Встречаетесь? — папа разлился смехом и я просто вспыхнула от непередаваемого стыда, ведь такого было невозможно предположить ни в каком параллельном мире, делаю ставки, что кем-то кроме друзей у нас был бы шанс лишь стать врагами. — А ты шустрая.

— Я же ответила на твой вопрос, просто... Фу. — я скривилась, не зная как точнее передать то, что его предположение меня совсем не устроило. — Это просто стрёмно, Пап. Да, он мой друг детства, но это не значит, что мы знаем друг-друга так, словно каждый день своей жизни друг с другом провели, чтобы, ещё раз фу, встречаться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ладно-ладно, но поговорить я хотел не совсем про это. — после этих слов он вздохнул с какой-то печалью, что мне самой стало не по себе. — Мне жаль, что я не уделял должного внимания, когда оно так было тебе необходимо, Ребекка.

Я не могла ответить ему, что: «Пап, всё в порядке, ты ни в чём не виноват» ведь он был, он виновен как родитель, но не как человек. Я верю ему, что он и вправду жалеет. Чёрт, на деле я даже не виню его за его отношение к Маме, если уже разбивать всё по фактам. Она стала сама не своя и до последнего выжимала из себя соки, лишь бы быть замеченной им, но это уже походило на безответную дурацкую подростковую одержимость в которой она была наивной дурочкой, что грезила о свадьбе и детях после первого поцелуя. Мерзость.

Хоть моя обида до сих пор и кипит, теперь я знала наверняка, что рано или поздно остыну к этому всему.

— Я всё ещё жутко на тебя обижена и не считаю тебя «Лучшим отцом года», но это не отменяет того, что ты признал свою ошибку и возможно когда-нибудь я перестану быть ходячим угрызением совести для тебя. Вернее, я подумаю над этим.

Я выпалила это всё на одном дыхании гордо задрав голову, чтобы это выглядело ещё более комично. Отец вздёрнул брови и улыбнулся, аккуратно обвивая мои плечи и похлопывая по спине, крепко обнимая. Жест был непривычен, но приятен. Может он исправится раньше, чем я думаю.

— Ты точно пошла в меня. — он отстранился и поморщил брови и только сейчас я заметила, что он был не в очках. На лбу проглядывались морщинки, а уголки губ нервно вздрогнули. Его взгляд был серьёзен, но в нём не было никакой злобы или строгости, скорее чего-то с нотками сожаления. Я знала о чём он подумал и в принципе почему хочет наладить со мной общение. Это было очевидно довольно давно. Может оно к лучшему?

— Ребекка, ты уже достаточно взрослая и я надеюсь ты понимаешь меня. С твоей мамой... Просто дальше так продолжаться не может. — он расстроенно улыбнулся и постыдно опустил взгляд, словно вся проблема была в нём, что далеко от правды. — Прости, что так получается.