Книга Прекрасной юности момент, страница 26 – Эва Эльс

— Я, конечно, постараюсь выжить до завтра, но ничего не обещаю, Принцесска.

Потягиваясь на кровати на моём лице расплывалась улыбка. Алекс вновь рассказывал странные истории и я, не особо внимательно, его слушала, параллельно втыкая в потолок, всё ещё валясь на тёплом мягком пледе с нежеланием вставать.

— Ты опять меня ни черта не слушала!

— Ну прости, так что ты говорил? — он знал что моё долгое молчание означало лишь то, что я уже давно перестала вникать в слова.

— Рассказывал про день рождения и что планирую, просил напомнить когда оно у тебя. Вроде летом, да? — он прекрасно знал когда оно и сейчас лишь смеялся, стараясь подстегнуть за невнимательность.

— Весной, олух. — в ответ было лишь недовольное бурчание и очередные просьбы с порицанием: «Бекки, обзываться — плохо». Меня окрикивал отец с первого этажа и я наконец-то принимала хотя бы сидячее положение. — Ладно, Ал, мне уже пора. Завтра увидимся.

— До завтра, недокактус.

Я сбросила вызов, не переставая негодовать с того, что он начал придумывать дурные клички, после того, как я сказала, что мне стоит убрать свои «иголки». Спустившись на первый этаж я сразу почуяла сладкий запах вафель и фруктового чая. Отец сидел за столом и лучезарно мне улыбался. Я садилась напротив, кривя брови и задумчиво улыбаясь, не понимая таких фокусов с его стороны. С тех пор он каждый раз готовит завтрак.

— Ты подготовила, всё, что тебе нужно?

— Чего? — я хватала одну из вафель и откусывая ломтик не особо понимала, что он имел в виду. — А, ты про учёбу. Почти всё.

Мне было странно осознавать, что наши с ним отношения стали немного лучше. Мы долго разговаривали когда я сознавалась в том, что Алекс был не виноват и это лишь моя прихоть. Он признал, что это несправедливо и возможно он был резок тем утром за завтраком в своих высказываниях и просил передать извинения Фостеру, ещё и попрекая тем, что на деле он хороший парень, а я как обычно всё запорола. Хотя если бы он узнал чуть подробнее, то вряд ли бы так говорил. Хотя, судить человека потому, что он курит — хоть травка, хоть табак — явно хуже, стоит пересмотреть свои взгляды.

Завтрак прошёл достаточно спокойно, без лишних и дурацких вопросах об учёбе, возможно отец начинал меня понимать чуть лучше, чем раньше. Я возвращалась в комнату и вновь плюхалась на кровати и вытягивалась в позе звезды, обдумывая хоть какой-то план действий на завтра. Может стоит завести новые знакомства? Бред, ни за что!

Судя по всему, я вновь забьюсь в свою собственную тень и буду мышкой, что тихонько надеется на окончание учёбы сидя за своим местом и, может быть, иногда буду отвечать устно.

В грудной клетке всё сжалось от неприятной ностальгии. Каждый год я надеюсь проснуться в восемнадцать, прямо перед выпускным и не идти в это чертову школу. Возможно, что мне предстоит терпеть свою собственную замкнутость ещё очень долго, может даже всю жизнь? Надеюсь, нет и мои загоны пройдут к двадцати. Хотя бы к двадцати пяти...

Вечный балаган раздумий прервал лёгкий скрип двери и рыжая макушка, что выглядывала из-за неё.

— Да, Пап, конечно заходи. Нет, Пап, конечно же я не занята. Ой, конечно же ты можешь не стучать!

Съязвила я и услышала низкий, баритонный смех, что заставил меня улыбнуться. Я села на кровать и сложила ноги в позе лотоса, наблюдая за отцом. Давно не видела на его лице такой расслабленной и искренней улыбки.