Книга Сердце Северного Ликана, страница 46 – Мария Ерова

Подбородок мужчины мелко дрожал, было слышно, как зубы постукивают друг о друга. И всё же он держался. Мари всхлипнула. По её бледным щекам опять поползли слёзы.

— Кто это сделал? Это он? Тот, из леса… — тихо прошептала она.

— Нет, — так же тихо отвечал Албер. — Он не может сюда проникнуть. Это что-то другое…

— Другое? — ахнула Мари. — Что значит — другое?

Герр не отвечал, и тогда девушка, спешно стерев с лица слёзы, быстро постаралась взять себя в руки.

— Нужно обработать рану… Вы видите что-нибудь?

Мужчина долго не отвечал, но после процедил сквозь зубы.

— Нет, абсолютно ничего. Но это пройдёт.

— Как это — пройдёт? Вам надо в больницу!

— Куда? — по лбу, смешиваясь с кровью Албера, поползли капли пота. Он бледнел и слабел на глазах.

— Врач! Вам нужен врач!

Мари запаниковала, а мужчина, покачнувшись, завалился на бок, заметно ослабев, но при том не теряя сознания.

— Если ты о лекаре, то их здесь нет. Здесь никого нет… — едва смог пошевелить губами герр Нильссон.

— Но Вы же можете умереть! Что же мне с Вами делать?!

— Просто оставь меня в покое…

Кажется, он всё же лишился чувств, а Мари, пойдя против собственной природы, вместо того чтобы бежать без оглядки, попыталась поднять его, но получилось лишь положить поудобнее. Куда уж ей было с её-то комплекцией воротить здоровенное тело без признаков жизни! Албер был на голову выше и наверняка весил вдвое, а то и втрое больше миниатюрной тонкокостной девушки!

Но и бросать его здесь, в беде было нельзя. Да и куда ей было идти?!

Мари не знала, что ей делать дальше. Кровавые глазницы герра Нильссона напоминали кадры из фильмов ужаса, да и тот, кто сделал это, наверняка был где-то рядом. Ну почему он не сказал ей, кто это?! Чего ей следовало опасаться?!

Но сейчас думать нужно было в первую очередь о нём. Поразмыслив, Мари бросилась на кухню за водой и, отыскав чистую тряпицу, принялась аккуратно промывать свежие раны на лице мужчины. Странно, но когда она промыла их, то обнаружила под слоем запёкшейся крови цельные глазные яблоки, красноватые, не так уж и сильно повреждённые, как казалось вначале. Албер равномерно дышал, и это успокаивало девушку. Она закончила процедуру, не зная, чем ещё можно обработать такую рану, кроме как водой. А потому, уставшая, просто уселась рядом, прижавшись к хозяину замка всем телом. Ей было страшно, а так, находясь возле мужчины, пусть и пребывающего в столь прискорбном положении, она чувствовала себя хоть немного защищённой.

Мари наблюдала за ним, и диву давалась, как это ранки на его лице могут стягиваться так быстро практически на глазах рубцуясь, собираясь в продолговатые шрамики, похожие на швы недельной давности.

В конце концов она просто устала удивляться. Но наблюдать не перестала.

— Что же Вы за человек такой, герр Нильссон, — прошептала она, чувствуя, что усталость берёт своё и она вот-вот задремлет.

Но он ответил ей, не размыкая уже почти заживших век и засохших губ.

— А кто тебе сказал, что я — человек?..

И вновь провалился в небытие, оставив Мари пробравший до костей холод многозначности своих слов.

Кто-то боится темноты. Кто-то замкнутых пространств. Кто-то вещей, намного хуже, чем пребывание на лоне природы, среди деревьев. Например, пауков. Марисоль их тоже не жаловала. Но деревянные могучие великаны пугали её ещё больше. Тёмный мрачный лес окружал девушку со всех сторон, и это было худшим из кошмаров, какие ей удалось пережить в своей жизни. Деревья были её врагами с детства. Среди их тонких, высоких стволов, легко могли прятаться призраки, бестелесные создания, сливающиеся с ними, проходящие сквозь, но неизменно оставляющие свои следы в мире живых. Марисоль могла не только видеть призраков. Она легко чувствовала их присутствие, даже когда те были невидимы.