Книга Сердце Северного Ликана, страница 40 – Мария Ерова

Однако за неё сейчас бился Албер. Мужчины колошматили друг друга не стесняясь, пуская в ход кулаки и ноги, и кровь из разбитых носов и скул как в дешёвых боевиках брызгала во все стороны алыми каплями.

Мари оставалось только наблюдать за их боем со стороны и надеяться, что хозяин замка выйдет из него победителем. В конце концов, так и вышло. Брюнет начал ослабевать, он явно выдохся, тогда как ярость герра Нильссона только начала набирать обороты.

Он повалил незадачливого насильника на землю, ещё пару раз приложив для верности огромным кулаком, после чего заявил притихшему избитому мужчине:

— Ещё раз приблизишься к ней, и я тебя убью! Клянусь тебе! — зарычал он точь-в-точь как тот же, словно оба были какими-то дикими животными, а не людьми вовсе.

На что лежащий на земле, перемазанный грязью и кровью, лишь тихо и зло рассмеялся.

— Ты же знаешь, Албер, я буду делать это снова и снова, пока не добьюсь своего…

А они, оказывается, были неплохо знакомы. Мари закусила губу, мечтая сейчас только об одном: поскорее убраться отсюда. Но она не знала, в каком направлении ей идти и ужасно боялась опять нарваться на неприятности. Здесь и в самом деле было не безопасно…

— Ты меня слышал, — Албер поднялся на ноги, кажется, немного остывая. — Только посмей! Я предупредил тебя…

И только после этого обратил свой взор на Мари.

— Идём, — сухо бросил он, и девушка поняла, что сейчас её ждёт взбучка не хуже, чем как от родного отца, когда она впервые не явилась ночевать домой.

Но деваться было некуда. Бросив последний взгляд на поверженного мужчину, она поймала его плотоядную улыбку и содрогнулась, начиная только сейчас осознавать, какой участи сумела избежать благодаря герру Нильссону.

Стоило поторопиться…

Марисоль прикрыла глаза от наслаждения. Нет! Никакие удовольствия мира не сравнятся с жареной на костре зайчатиной после суток голода и холода. Даже без соли и хлеба. Без специй и лука. Просто жареное мясо, приготовленное мистером Уокером на костре с помощью хитрого (и при этом очень простого) сооружения из толстых палок. Только подумать, когда-то давно Марисоль собиралась стать вегетарианкой. И как быстро развеялось это безумное желание, когда девушка столкнулась с проблемой настоящего голода. Вон её сколько, травы вокруг! Жуй не хочу. Но удовлетворить голод мог только полноценный кусок животной материи. Чен не отставал от своей вынужденной спутницы, наслаждаясь завтраком. Он рационально обсасывал каждую косточку, и Марисоль начинало даже казаться, что он и их съест в конце концов. Но, конечно же, мистер Уокер этого делать не стал.

За это время Марисоль успела выяснить: он может быть молчаливым, хотя бы во время еды. В другое же время его рот, язык и горло могли заниматься чем угодно: разговаривать с ней, разговаривать с самим собой, если она не отвечала, бездарно напевать попсовые песенки, абсолютно не попадая в ноты и тем самым раздражая девушку ещё больше.

Нет, она не жаловалась. Она понимала, в каком положении оказалась, и, уж если им предстоял разговор, то пусть он будет хотя бы касаться дела. Трапеза подошла к концу, и теперь можно было направить предстоящий словопоток мистера Уокера в нужное русло.

Но он опередил её.

— Я видел в лесу ручей. Чистый, — словно издалека начал он. — Наверняка ты хочешь пить…