Книга Десятая невеста. Драконья печать, страница 28 – Лиса Райс, Александра Каплунова

Я просто разменная монета в этих играх.

От осознания становится еще более паршиво. Ногу саднит, и я невольно шиплю, когда неловко ступаю на нее. Смотрю вниз и понимаю, что черный след выглядит совсем отвратительно.

Вестар замечает это и тоже смотрит на мою ногу.

— Он успел хватануть тебя?

Я киваю. По-моему это очевидно.

— Нужно обработать, — кривится он. — А то ночью не сможешь нормально двигаться.

Картинка складывается у меня в голове. Он и за едой меня повел, чтобы силы ночью были от него спасаться. Только и всего. А я уже нарисовала себе картинку несчастного узника, который благородно решил озаботиться голодом своей гостьи.

— Мне нечем… — пытаюсь объяснить, но он отмахивается небрежно. Прибавляет шагу.

— Представь себе, я догадался. Поторопись, нам нужно успеть в еще одно место.

Я поудобнее перехватываю корзину… которую он даже не думает у меня забрать, и тороплюсь следом, болезненно морщась.

Мы идем по коридору в полном молчании. Я крепко сжимаю корзину с едой. Голод уже отошел куд-то на десятый план. Видимо, ужас, который я там пережила, и понимание своего нынешнего положения несколько оттеснили его.

Получается, моя жизнь — разменная монета. Хотя в комнате мне на миг даже показалось, что я и правда могу что-то значить… Выходит — нет. Вестар не хочет убивать меня сам лишь по одной причине — чтобы не стать жертвой культа. А вовсе не из гуманных побуждений. Вовсе не потому, что я тоже живой человек со своими чувствами, эмоциями, амбициями. Да просто с жаждой жить.

Если меня не станет, он, вероятно не слишком сильно расстроится. Пусть ко мне приложит лапы какая-то местная тварь или доберется сам культ… Даже странно, что он вовсе взял меня с собой, забрал из того жуткого зала с ритуальным камнем и урнами. Может быть, пока я жива, Ктулах не может послать к нему новую невесту?

Я кидаю на Вестара косой взгляд. Его точеный профиль выглядит сурово и безжалостно. Хотя еще недавно я отмечала, что он даже красив… Теперь за этой маской мне видно то чудовище, каким он и является. Временное помутнение моего рассудка завершено. Теперь, пожалуй, я все же осознаю, кто шагает рядом.

В какой-то момент лодыжку простреливает болью так, что я вскрикиваю и подворачиваю ногу. При этом невольно сжимаю корзину, чем беспокою рассеченную ладонь.

Хочется сесть посреди коридора и разреветься. Я привыкла к красивым платьям, к званым вечерам, к заботе и любви… Все это отняли у меня.

— Поторопись, если не хочешь, чтобы яд Пожирателя распространился, — бросает мне Вестар. Он смотрит на меня с легким раздражением. — Хотя… если ты умрешь от яда, это, наверное, даже упростит мне задачу.

Я невольно теряю дар речи.

— Ты мог бы хоть не говорить об этом так прямо? — сердито выдаю я в ответ на его рассуждения. — Это ведь просто… жестоко!

Он вдруг подается ко мне ближе, почти нависает надо мной. Черты его лица искажаются и становятся более резкими, а в глазах зажигается пламя.

— Жестоко? — шипит мне в лицо. — Да что ты знаешь о жестокости, девочка?

Думает, дрогну? Да у меня уже чувство страха фоном лежит, так что чуть больше, чуть меньше… Роли не сильно меняет.

— Моего отца казнили, даже не объяснив мне за что. Меня принесли тебе в дань. Еще и оказалось, что не ради защиты города от ужасного дракона, а ради какого-то ритуала, который сделает Ктулаха сильнее. Как, по твоему-то, знаю я что-то о жестокости?