Книга Антрацит, страница 108 – Кира Уайт

— Не-е-ет! – ору еще громче, ощущая резкую боль в затылке, будто кто-то со всей силы треснул меня битой по голове.

Пат… он укусил Лиама…

Кто-то стреляет.

Вскинув голову, вижу стоящего на краю Холдена с пистолетом.

Девенпорт скидывает с себя тушу мертвого зверя и, тяжело дыша, принимает сидячее положение. Бросаюсь вниз, желая только одного – оказаться рядом с Лиамом, но кто-то хватает меня за руку.

— Пусти! – шиплю в лицо лежащего на краю крыши Зорана, который и удерживает меня.

Кожа Бартона бледная и покрытая испариной, в глазах ужас.

— Нет, – одними губами произносит он.

На меня накатывает реальность того, что только что произошло.

Лиама укусили!

Нет, пожалуйста, нет! Пусть все это окажется просто сном. Кошмаром, из которого я вот-вот вырвусь обратно в не менее жуткую действительность.

Дергаю руку, но освободиться не получается. Кожа горит огнем, дышать невозможно, сердце разрывается на части от нестерпимой боли.

Все это реальность. Чертова жестокая реальность…

Отворачиваюсь от Зорана и смотрю на того, кого заново обрела не для того, чтобы так быстро потерять.

— Лиам… – шепчу надрывно, безуспешно пытаясь отнять онемевшую конечность у Бартона.

Разум все еще отказывается признавать правду. Не хочу в нее верить.

Лиам отталкивает ногой мертвого пата и наконец поднимает голову. Глаза пока чистые.

— Контроль! – неожиданно громко приказывает он хриплым голосом. – Сантос, бери меня на контроль. Остальные – местность.

Что? Что это значит?

— Лиам… – выдыхаю обреченно, едва сдерживая всхлип.

Наши взгляды вновь встречаются. Вижу в его глазах боль, которую он даже не пытается запрятать подальше. Это разбивает мне сердце на миллион осколков, которые не собрать.

— Как поняли приказ? – холодно спрашивает Лиам, разорвав зрительный контакт и обратив лицо в сторону крыши.

— Ты на мушке, командир, – мрачно отзывается Сантос.

— Окрестности на контроле, – следом отвечает Себастьян.

Какого?..

Во все глаза смотрю на Лиама. В груди так больно, будто между ребер вонзили нож и проворачивают его с садистской медлительностью. Горло саднит от сдерживаемых хрипов, искусанные губы болят, но это ничто, по сравнению с тем, что творится в душе.

Сколько прошло времени? За сколько обратилась Кейт? Как много осталось у Лиама? Какого черта я все еще стою здесь?

— Поднимайся, – негромко велит Зоран, потянув меня за руку.

Не обращаю на него внимания. Неотрывно смотрю на так и сидящего рядом с мертвым псом Лиама. Он дергает за пуговицу на манжете, но она не желает расстегиваться, и в конце концов оказывается вырвана с корнем.

— Ника! – настойчиво напоминает о себе Зоран.

— Ладно! – выкрикиваю я и заставляю себя отвернуться от Лиама, ощущая, как все тело сотрясает крупная дрожь.

Бартон на миг выпускает мою руку и протягивает ладонь, предлагая помощь. В тот же миг пользуюсь ситуацией.

Не ведая, что творю, спрыгиваю с лестницы. Отбиваю пятки, но не трачу ни секунды на промедления. Под крики Зорана и, кажется, Тайлера бросаюсь к Лиаму.

— Стой! – вопят позади.

Лиам вскидывает голову и в изумлении пялится на меня. В его глазах вспыхивает гнев, но белки по-прежнему чистые. Нет ни намека на оранжевый, хотя в неверном освещении я могу и ошибаться.

— Твою мать, Ника! – разъяренно рычит он, выставив перед собой ладонь. – Не подходи!