Книга Пленница Его величества, страница 48 – Анастасия Миллюр

Маг сконцентрирован. Взгляд погружён в узор круга. Он считает, что я в панике, что не могу думать ни о чем, кроме пожара и Императора. Пусть так будет и дальше. Ведь пока он думает, что победил, у меня есть шанс на спасение.

Я опустила взгляд. Жирные узоры на полу пульсировали светом, как переполненные кровью вены. Но не все. Некоторые линии казались тонкими и неуверенными, будто их торопливо пририсовали в последний момент. Там, где свет дрожал особенно слабо, я сдвинула ногу чуть вперёд и, будто бы случайно, провела каблуком по полу. Почувствовала под подошвой, как хрупко держится граница круга.

Линия дрогнула. Пошатнулась. Свет в ней мигнул — и угас. На долю секунды. Но достаточно, чтобы дыхание перехватило. В этот миг всё вокруг будто замерло, вытянулось в тонкую, звенящую тишину. Но маг продолжал. Его голос больше не был голосом — он стал эхом чего-то древнего, чего-то чужого. Пространство дрожало в такт его словам, а огонь свечей искажался, словно сам воздух не выдерживал этой магии.

Он замер на секунду. Повернулся ко мне. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах мелькнуло что-то иное.

— Не бойся, — произнёс он. Голос был слишком мягким. И слишком не его.

Он сделал шаг ко мне, плавно, без звука. Не шел — скользил. Его рука поднялась, как будто собиралась коснуться воздуха между нами. Я почувствовала, как кожа на шее покрылась мурашками.

— Ты не должна мешать, — сказал он. — Это нужно не только мне. Это нужно тебе.

Он знал. Он понял. Но пока не был уверен до конца. Я поймала его взгляд и чуть кивнула, как будто между нами всё ещё существовало доверие.

— Я не мешаю, — сказала я ровно, как могла. — Я готова. Если это поможет Его Величеству… делай, что должен.

Он замер — буквально на вдох. Его взгляд стал изучающим, подозрительным. Но я не отвела глаз, позволяя страху остаться внутри, не выпуская его наружу.

— Только не спеши, — добавила я. — Ты же говорил, душа должна быть готова. Я хочу… чтобы это было правильно.

Он колебался. Значит, не всё ещё потеряно. Значит, я всё ещё играю.

Знал бы маг, как бешено колотилось моё сердце в этот момент. Как я держалась из последних сил, натянув на лицо маску покорности, пока внутри всё кричало. Ещё немного — и он увидит, услышит дрожь в голосе, заметит, как пальцы вцепились в ткань плаща. Но пока он верил — я жила. Пока он не знал наверняка — у меня оставалась попытка.

— Подойди, — велел он и протянул руку.

Я не знала, что маг хотел, но осознавала всем телом, что если подойду — мне конец. Пространства для блефа почти не осталось. Если я приму его ладонь — проиграю, если дернусь — умру.

Но отступать было некуда.

Тело было тяжелым. Каждая мышца дрожала от страха и немыслимых усилий сдержать его. Кровь стучала в висках, когда я сделала крошечный шаг в сторону мага. Затем еще один. И вот она — точка. Край обрыва — я стояла в полушаге от его ладони. Энергия ритуала гудела в стенах, воздух трещал от напряжения, а в голове на повторе громыхал один вопрос: успею ли я. Или нет.

Каждая секунда резала, как нож. Сопротивление внутри почти сломалось, тело вот-вот могло предать. Я чувствовала, как магия сжимает горло, тянет к себе, будто его ладонь уже прижалась к моей, и знала — либо сейчас, либо никогда.

Я подняла руку, как будто собиралась вложить её в его ладонь, но вместо этого резко развернулась — и в прыжке ударила каблуком по узору круга. Там, где линия уже дрогнула. Там, где я ослабила её заранее.