Книга Рябиновая кровь, страница 196 – Марина Адлер

— Теперь и я тебе благодарен, княгиня. Сохранила мою свободу и жизнь. За это одарю вас даром с мужем. Сын мой отныне может без опаски называть всем свое имя, а ты… — мужчина лукаво улыбнулся, потирая подбородок, — Ты вскоре уж поймешь в чем мой дар.

Мужчина быстро сунул камень в навершие посоха, и тот засиял еще ярче. После ударил им о пол, и новая яркая вспышка молнии беззвучно унесла нашего гостя. Мы с Яромиром вновь остались наедине. Только сейчас любимый расслабился и обнял меня вновь, мягко и трепетно. А после без лишних слов подхватил на руки и понес к выходу. Уставшую и бледную. Чтобы утешить, обогреть, окутать любовью, какую он берег столько лет и желал ей поделиться.

Крепкие мужские руки мерно раскачивали подвесную колыбель. Князь Яромир глядел на своего сына с такой нежностью в глазах, что казался в этот миг и вовсе иным человеком. Обычно грозный могучий яровский государь, стал мягче воска. Осторожно протянув ладонь к темноволосому мальчику, колдун мягко погладил сына по голове, любуясь его сладким сном.

Я улыбнулась, созерцая картину, о которой и мечтать боялась. Поднялась с лавки и подошла к мужу, чтобы вместе с ним полюбоваться крепким наследником Ярого княжества.

Длинные черные ресницы Мирослава подрагивали во сне, а пухлые щечки зарумянились от жара печи. Колдун положил руку на тельце ребенка и колдовские серебряные узоры изукрасили сына, опоясали защитным покрывалом всю колыбель.

— Не буди нашего сына, Яромир, — прошептала я и обвила могучую руку князя. — Ему ничто не угрожает.

Служанки, что присматривали за будущим наследником, нервно зашевелились сидя у окна на лавке и тихо вышивая. Три молодые девушки исправно следили за нашим сыном, а потому, когда заметили, как князь укрывает его своим колдовством от греха подальше, занервничали. Однако сказать ничего не смели. Знали — князь слишком любит сына и его страхи мнимы. Мирославу ничто не угрожало. Особенно под защитой своего отца.

За окном пел зимний ветер, заметая дороги снегом, а свет от пламени свечи вдруг задрожал, когда колдун посмотрел на меня своим сияющим взором.

— Идем, — потянул он меня за руку.

Вверив сына на попечение служанок, мы быстро покинули комнату. После князь укутал меня в теплые одежды и вывел во двор. Где буйствовала метелица, посеребрившая землю хрустальной чистотой.

Снег скрипел под ногами, а князь крепко держал за руку пока вел меня куда-то по почти непроходимым сугробам.

— Яромир, что ты задумал? — Ухватилась за его теплый меховой кафтан и потянула.

Он обернулся и тут же улыбнулся, заметив то, с каким возмущением на него гляжу.

— Не упрямься, Ягодка. Давно желал искупать тебя сам. Исполнить и довести до конца начатое когда-то. Отныне Волибор не помешает. Не станет топотать ногами по крыше бани. Твои родные тоже благо отбыли, — Тяжело вздохнул колдун, вспоминая скольких гостей пришлось принять и приютить. — Теперь ты вся моя. И я соскучился по своей жене.

Тут я и не выдержала, прыснув от смеха и сменяя гнев на милость. Братья с новообретенными женами, отец да матушка гостили в Яром княжестве с неделю. Только сестры мои не смогли приехать, откладывая встречу, ведь Мирослава следила за сыном, которого родила прошлой осенью, а Злата как раз была на сносях. Но и тех гостей, что смогли явиться, было много для Яромира, хоть и вида он старался никак не подавать, уважая мое желание встретиться с родными.