Книга Бухгалтерша-попаданка. Хозяйка таверны для драконов, страница 19 – Диана Фурсова

Писарь поднял папку, как щит.

Севрин вытащил из внутреннего кармана тонкую дощечку — не бумагу, а лакированную пластину, на которой светились строки. Он положил её рядом с книгой, не глядя на Кайрэна.

— «Устав огня», — произнёс он. — Приложение второе. «Плата за пользование узлом при разжигании общественного очага». Сбор взымается автоматически через узел. Чтобы никто не уклонялся.

Лада посмотрела на строки и ощутила знакомое раздражение: когда кто-то пишет так, чтобы «как бы правильно», но на деле — липко.

— Автоматически, — повторила она. — Прекрасное слово. Ещё скажите: «без права на апелляцию».

— Апелляция возможна, — Севрин пожал плечами. — После уплаты.

— Нет, — сказала Лада. — Апелляция возможна до уплаты, если начисление спорное. Иначе это не апелляция, а милостыня.

Севрин на секунду замолчал. Потом медленно повернул пластину.

— Видите? — он ткнул пальцем в строку. — «Уплата первична».

Лада тоже ткнула пальцем — рядом, чуть ниже.

— А вот здесь, — сказала она, — «при наличии уведомления и утверждённой категории очага». У меня нет категории. У меня нет уведомления. У меня… — она оглядела дыру в крыше, — нет крыши. Вы хотите налог за общественный очаг в помещении, которое официально не признано помещением?

Нисса тихо прыснула.

— Хозяйка, ты его сейчас съешь, — прошептала она.

— Я его сейчас посчитаю, — так же тихо ответила Лада.

Севрин прищурился, а потом кивнул писарю:

— Запиши: «отказ от уплаты».

— Стоп, — сказала Лада. — Я не отказалась. Я запросила основания и корректность. Это разное.

— Для ведомства — нет, — Севрин повернулся к Кайрэну, словно проверяя, вмешается ли тот. — И я добавлю: присутствие Дома не отменяет городской юрисдикции.

Кайрэн не улыбнулся. Он даже не сделал резкого движения — просто его взгляд стал тяжелее, как камень.

— Вы слишком смелы для человека, который приходит на драконью тропу с пустыми руками, — сказал он тихо.

Севрин выдержал взгляд, но пальцы у него на секунду дрогнули.

— Я пришёл не с пустыми руками, лорд, — сказал он. — У меня есть печать. И право взыскивать «налог на огонь». Узел питается. Город защищает узел. Город берёт плату. Всё честно.

Лада усмехнулась:

— «Честно» — это когда вы выдаёте квитанцию. Где моя квитанция, мастер Севрин?

Писарь моргнул так быстро, будто это слово его ударило.

— Квитанция… не предусмотрена, — пробормотал он.

— Тогда у вас не сбор, а дырка, — Лада хлопнула ладонью по книге. — И вот вы как раз её нашли. Поздравляю.

Севрин медленно вдохнул, как человек, который решает: кричать или быть умным.

— У вас тридцать дней, — сказал он, и голос стал холоднее. — Чтобы узаконить очаг. Получить категорию. И начать платить. Иначе ведомство поставит печать на огонь.

Нисса выронила черпак.

— Печать на огонь?..

— Очаг погаснет, — пояснил Севрин буднично. — И вы больше не сможете разжечь его здесь. Ни свечи. Ни угля. Ни искры.

Лада медленно выдохнула. У неё перед глазами на секунду возникла картинка: пустой зал, холод, люди расходятся, таверна снова мёртвая. И под всем этим — узел, который голоден.

— Прекрасно, — сказала она. — То есть вы не налоговый. Вы шантажист.

— Это защита города, — Севрин ровно улыбнулся. — Узел нельзя оставлять без контроля.

Лада посмотрела на Кайрэна.

— И вы это допускаете?