Книга Любовь и лошади, страница 22 – Валентина Третьякова

После этого случая Агрипина начала понимать, как ее мама смогла влипнуть в кредит. Эмоции — плохой советчик в принятии решений.

Жизнь полностью наладилась. Борис был надежным другом и желанным человеком. Мама в личную жизнь больше не лезла, занималась своей. Она ничего не сказала даже, когда Борис с Агрипиной случайно проговорились о покупке лошади. Маркиз перестал орать и царапаться, выпрашивая еду. Дочери радовали успехами в учебе. Работа на работе была и хорошо оплачивалась. Сумма для покупки собственной лошади была собрана, и Агрипина начала присматриваться к объявлениям. Ей был нужен взрослый спортивный партнер. Уравновешенный, воспитанный, выезженный. На котором будет безопасно и комфортно ездить. Агрипина неспешно присматривалась к объявлениям. Пока ей за глаза хватало Гвидона, к которому она наведывалась почти каждый день. На выходных к ней присоединялась мама, чтобы покататься на своем подшефном, очаровательном Лучике.

Зоя Васильевна легко вспорхнула в машину, когда Агрипина с Борисом заехали за ней. Всю дорогу до “Совиного гнезда” ее глаза подозрительно блестели. Она что-то напевала себе под нос и вид имела весьма загадочный. К тому времени, когда они припарковались у конного клуба, Агрипина изрядно перенервничала. Что ж. Предчувствия ее не обманули. Выйдя из машины, Зоя Васильевна повернулась к ним и широко раскинула руки.

— А теперь… Сюрприз! — выкрикнула она, схватила Агрипину за руку и потащила в конюшню. Борис бросился за ними.

Они остановились у денника в самом конце прохода.

— Доченька! Ты так увлеклась верховой ездой, даже в соревнованиях участвуешь. Поэтому я решила купить тебе лошадь. Посмотри, какая лапочка. И теперь она — твоя! — торжественно объявила Зоя Васильевна и открыла денник, в котором на первый взгляд никого не было.

Агрипина бросила непередаваемый взгляд на побледневшего Бориса и заглянула внутрь.

В голове Бориса снова крутилось кино. Поскольку сквозь решетку денника никого не было видно, то на мысленных кадрах мелькали многочисленные пони и ослики, сверкали полосками зебры, неслись со скоростью 80 км/ч куланы, степенно вышагивали лошади Пржевальского и мохнатые якутские лошадки. Когда Зоя Васильевна открыла дверь в денник, он усилием воли остановил весь этот водоворот и вместе с Агрипиной заглянул внутрь, подыскивая вежливые слова, чтобы отказаться от “подарка”. Но, то что он увидел, заставило его срочно искать в карманах сахар.

Агрипина как завороженная смотрела на чудо, вскочившее с соломы, как только открылась дверь. Стройное гнедое создание на точеных ножках удивленно хлопало длинными ресницами, и шумно принюхивалось к людям, нарушившим его покой. “И это все мое?” — радостно запрыгало сердце Агрипины. Лошадка сделала к ней шаг и потянулась губами к куртке. В ту же секунду ладонь Агрипины тронула крепкая мужская рука, вложив туда кусочки сахара. Замирая от восторга, Агрипина протянула руку к сказочному созданию и рассмеялась, когда щекотные губы смели угощение с ее ладони.

— Ее Систер зовут, — сообщила Зоя Васильевна. — Ну, правда же, она прелесть? Я хотела Гвидона твоего любимого купить, но Еленочка Сергеевна объяснила, что спортсмену нужна лошадь другого уровня, более молодая. Так что вот. На вырост! Ха-ха-ха…