Книга Дракон учебе не помеха, страница 183 – Валентина Третьякова

Даймон отстранился, забрал у нее бумаги и сунул их за пазуху.

— Думаю, да. Завтра мы все проверим. Съездим в градоправление…

— Завтра? — сердце Линды сжалось. Ей безумно хотелось убедиться, что это не сон.

Даймон посмотрел ей в лицо и усмехнулся.

— Хорошо, поедем прямо сейчас, хотя, я уверен, что это все имеет законную силу…

Линда сорвалась с места с криком:

— Я за плащом, ждите тут!

— Я за каретой, — сказал Даймон Барсику. — Никуда не уходи.

Кот медленно кивнул. Вид при этом у него был ошалевший и немного мечтательный. Ему не давали покоя лавры фамильяра прапрапра и так далее бабушки Даймона. Тинт недаром стал первым преподавателем курса Правильного Пути академии. Барсик зачитывался дневником рыцаря Терри Блэка, который подробно описывал как решительно творил добро и причинял справедливость черный кот герцогини Дианы Рэй. Получается, Барсик тоже приложил лапы к искоренению зла. Залан Мор наверняка запомнил гостеприимный прием, который он устроил ему в академии Золотого Феникса. Цветочками ему путь усыпал. Подумаешь, розы были из кованого металла и падали на голову. Зато от души и с наилучшими намерениями! Барсик хихикнул, вспомнив, как в тот день ползучий гад улепетывал из академии. Из мечтаний его выдернул голос хозяйки, которая спускалась по лестнице, на ходу накидывая на себя теплый плащ.

Только оказавшись в карете, Линда вспомнила, откуда вернулся Даймон, и стала расспрашивать его о встрече с королем.

— Его Величество посмел усомниться в том, что ты сдашь экзамены, — сказал Даймон с загадочным видом.

— Я сдам. Я должна, — твердо сказала она. “Я сделаю все, чтобы остаться с тобой, мой дракон”, — добавила она мысленно. В полумраке кареты лицо Даймона выглядело неземным. Его темные глаза будили в ней решимость, волевые губы манили, высокие скулы звали прикоснуться к себе и выучить все учебники, по всем предметам, освоить все заклинания и сигносилумы (Построения из магических знаков типа пентаграмм — прим. автора)

— Я ему так и сказал.

Даймон взял ее руку и поднес пальцы к своим губам, согревая горячим дыханием. Потом притянул ее к себе, усадил на колени, чтобы она могла положить голову ему на грудь, и держал так до самого Стоунгема, не позволяя себе ничего большего. Зато на обратном пути, после того, как в градоправлении им подтвердили, что отказ от претензий сделан по всем правилам, Даймон отправил Барсика на козлы к вознице.

Линда зажгла в карете маленький желтый светлячок. Она не могла насмотреться на Даймона. От страсти в его глазах внутри нее все пылало.

— Линда, — тихо сказал он. — Я так соскучился по тебе…

Он снова усадил ее на руки, верхом, лицом к себе и нашел ее губы своими. Линда глубоко вздохнула — от влажного прикосновения от сердца к низу живота прокатилась тягучая, сладкая волна. Даймон прошелся языком по кромке ее губ и втянул ее в глубокий, страстный поцелуй, от которого по телу Линды разбежались трепетные искры. Она жадно обняла дракона за шею, прошлась пальцами по густым, мягким прядям волос, коснулась крепкой груди, забралась под камзол и рубашку, выплескивая накопившуюся тоску и желание. Даймон резко вдохнул и сжал ее так, что дышать стало невозможно. Отпустил и стал выглаживать руками спину и тонкую талию. Вверх-вниз, в такт глубоким поцелуям, в унисон с едва слышными стонами, от которых Линда не могла удержаться.