Книга Сделка равных, страница 80 – Юлия Арниева

— Присаживайтесь, леди Сандерс, — графиня указала мне на кресло рядом с собой. — Чай или шоколад?

— Чай, благодарю, — ответила я, опускаясь в кресло и расправляя юбку.

Графиня сама налила мне чай с той непринуждённостью, которая отличает истинную хозяйку дома от женщины, просто владеющей домом. Чай был восхитительным: крепкий, ароматный, с лёгким дымным привкусом, и я сделала глоток, чувствуя, как тепло разливается по телу, успокаивая нервы, растревоженные встречей с Колином в парке.

— Мы только что обсуждали вас, леди Сандерс, — призналась баронесса Гилмор с обезоруживающей прямотой, подцепив серебряными щипчиками кусочек сахара. — Надеюсь, вы не обидитесь, но ваше имя сейчас у всех на устах.

— Я была бы удивлена, если бы это было иначе, баронесса, — ответила я ровно.

— Церковный суд удовлетворил ваш иск, — продолжала баронесса, и глазки её заблестели с тем особым азартом, который разгорается в людях при виде чужой драмы. — Это, разумеется, событие. В наше время женщины крайне редко решаются на подобный шаг. Скажите, дорогая, — она подалась вперёд, понизив голос до заговорщического шёпота, — это правда, что виконт был замешан в… связи с вашей сестрой?

Вопрос был задан с притворным сочувствием, но я не обольщалась: баронесса Гилмор собирала материал, каждое моё слово будет пересказано завтра за чаем в трёх других гостиных, с прибавлениями и украшениями.

— Суд счёл представленные доказательства достаточными, — произнесла я, тщательно выбирая слова. — Я предпочитаю не обсуждать подробности.

— Разумеется, разумеется, — закивала баронесса, хотя по её лицу было видно, что она рассчитывала на более сочные детали.

— Подробности ни к чему, — вмешалась графиня Уэстморленд негромко, но тоном, не допускавшим возражений. — Церковный суд вынес решение, и этого достаточно.

Мисс Стэплтон, до этого момента хранившая молчание, поставила чашку на блюдце с тихим, но отчётливым звоном.

— Однако далеко не все разделяют эту точку зрения, графиня, — произнесла она сухо, и голос её, высокий и резкий, напомнил мне скрип несмазанной двери. — Виконт Сандерс пользуется поддержкой весьма влиятельных людей. Лорд Хэмптон, например, на днях за обедом у леди Кроуфорд заявил, что весь этот процесс не более чем истерика честолюбивой жены, вознамерившейся опозорить достойного человека. Виконт Эшфилд и барон Стоктон того же мнения.

Она произнесла это с видимым удовольствием, как человек, которому нравится сообщать неприятные новости.

— Лорд Хэмптон, — графиня Уэстморленд усмехнулась, — сам дважды привлекался к суду за долги и бил первую жену каминными щипцами. Его мнение о достоинстве мужей я бы не стала принимать близко к сердцу.

Баронесса Гилмор прыснула в салфетку, леди Уилкс издала восхищённый возглас, а мисс Стэплтон поджала губы ещё плотнее, хотя, казалось бы, это было физически невозможно.

— А что до дам, — продолжала мисс Стэплтон, не сдавая позиций, — леди Марчмонт совершенно убеждена, что доктора подкупили. Она говорит, что показания доктора Морриса вызывают серьёзные сомнения, а что до побоев, — она чуть помедлила, подбирая слова, — некоторые полагают, что у виконта, вероятно, были на то свои причины.

Тишина, наступившая после этих слов, была такой, что я услышала, как тикают часы на каминной полке. Леди Уилкс замерла с чашкой на полпути ко рту. Баронесса Гилмор перестала жевать пирожное. Графиня Уэстморленд медленно повернула голову к мисс Стэплтон, и взгляд её стал таким, что я невольно порадовалась, что он направлен не на меня.