Книга Сделка равных, страница 102 – Юлия Арниева

Три приглашения от трёх женщин, которых я никогда не встречала. Месяц назад, в Блумсбери, почтальон не утруждал себя визитами к моей двери: ничего, кроме счетов от бакалейщика и редких записок от Финча, а теперь три конверта за два дня.

Однако принимать приглашения вслепую я не собиралась. Миссис Фицпатрик могла оказаться искренней доброжелательницей, а могла подругой Колина, подосланной разведать обстановку. Леди Грэнвилл могла быть любопытствующей соседкой, а могла одной из тех, кого мисс Стэплтон назвала сочувствующими виконту. Нужно было расспросить леди Уилкс: она знала лондонский свет так, как опытный лоцман знает фарватер, и могла безошибочно отличить мель от безопасной воды.

Я отложила конверты и взялась за хозяйственную книгу, которую миссис Грант оставила на углу секретера. Толстая тетрадь в картонном переплёте, исписанная мелким, убористым, на удивление разборчивым почерком. Миссис Грант вела её с той же педантичностью, с какой расставляла столовые приборы: каждый пенни на своём месте, каждая статья расходов в отдельной колонке, и даже помарки были аккуратно зачёркнуты одной линией и снабжены пояснением на полях.

Я раскрыла книгу и углубилась в цифры.

Продукты: мясо у мясника на Джермин-стрит — два шиллинга четыре пенса за фунт говядины, полтора шиллинга за бараньи котлеты, шиллинг и восемь пенсов за телячью печень. Хлеб от булочника — четыре с половиной пенса за четырёхфунтовую буханку. Молоко — три пенса за кварту, масло — шиллинг за фунт. Яйца, овощи, сыр, сахар, чай. Кофе — мои четыре шиллинга за фунт — стояло отдельной строкой, и я невольно усмехнулась: миссис Грант, сама, надо полагать, признававшая из горячих напитков только честный английский чай, вносила эту статью расходов в книгу молча, без единого комментария, но с таким нажимом пера, который уже сам по себе был комментарием.

Итого на продукты за несколько дней набежало три фунта двенадцать шиллингов на семерых, считая прислугу. Не мало, но и не разорительно: миссис Грант умела торговаться и закупалась толково, без расточительности, но и без той мелочной скаредности, которая в конечном счёте обходится дороже щедрости.

Далее шли свечи — сальные для кухни и людских помещений по четыре пенса за штуку, восковые для парадных комнат по шиллингу и два пенса; уголь для каминов и кухонной плиты; мыло, крахмал для стирки, уксус для уборки. Мелкий ремонт: стекольщик заменил треснувшее стекло в окне людской — три шиллинга шесть пенсов. Плотник починил скрипучую ступеньку на чёрной лестнице — два шиллинга.

Я перелистнула страницу и обнаружила отдельную графу «Разное», куда миссис Грант вносила почтовые расходы, покупку тряпок для уборки и прочую хозяйственную мелочь, которая по отдельности не стоила ровным счётом ничего, а в сумме за месяц складывалась в ощутимые шиллинги.

Итого за неделю содержание дома обошлось в пять фунтов и четырнадцать шиллингов, не считая жалованья. Я подсчитала в уме: двадцать три фунта в месяц, без малого двести семьдесят шесть фунтов в год. Аренду дома Интендантство оплатило на год вперёд, но жалованье слугам, продукты, свечи, уголь, стирку и прочее оплачивать должна я сама.

До квартального дня оставалось меньше трёх недель. Двадцать четвёртое июня, Мидсаммер — традиционный срок расчёта с прислугой. Миссис Грант получала шестнадцать фунтов в год, стало быть, четыре за квартал. Бриггс-повар — двадцать фунтов, пять за квартал. Джейн — десять, два с половиной. Бетти-судомойка — шесть, полтора. Томас — десять, два с половиной. Дик — двадцать, пять. Итого квартальное жалованье составляло двадцать с половиной фунтов. Плюс текущие расходы. Нужно было снять со счёта фунтов пятьдесят, чтобы не мотаться в банк каждую неделю, и завтра, после визита Финча, следовало заехать в «Куттс и Ко».