Книга Академия Высших: студенты, страница 121 – Марта Трапная

Они дошли до той самой лестницы и остановились. Сигма запрыгнула на перила.

— Все, я буду ждать тебя здесь. Надеюсь, твой тайный план сработает.

Мурасаки склонил голову к плечу и посмотрел на Сигму.

— Даже если он не сработает, я придумаю другой.

Сигма погладила его по щеке, и он ушел.

В кабинете Констанции, как обычно, стояла мертвая тишина. Констанция делала вид, что страшно занята и даже не ответила на приветствие Мурасаки. Все ее внимание сосредоточилось на большом мониторе на столе.

— И в чем причина твоей внеплановой встречи? – наконец сухо поинтересовалась Констанция Мауриция, демонстративно не глядя на Мурасаки.

— Я завалил курсовой проект, – ответил Мурасаки и по привычке улыбнулся.

— Уже? Каким образом? – Констанция и не думала смотреть на своего студента.

— Я влюбился.

Констанция Мауриция замерла, а потом медленно коснулась экрана, отключая его, и в упор посмотрела на Мурасаки.

— Рассказывай, – потребовала она. – В кого ты влюбился?

— В Сигму, – ответил Мурасаки, не моргая и не отводя взгляд.

— Любопытный поворот. И как это произошло?

Мурасаки задумался. Да никак. Разве можно анализировать такие вещи?

— Не знаю, как это произошло.

— А ты подумай.

Мурасаки помолчал. Что он должен подумать? Что он может рассказать Кошмариции из того, о чем он подумал? И что она поймет? Она давно не человек, а может, никогда им и не была.

— Наверное, все дело в том, что Сигма интересная.

— Интересная, значит, – хмыкнула Констанция Мауриция. – Чем же она тебя заинтересовала?

Мурасаки нахмурился. Это был странный вопрос. Он над ним не думал.

— Она не такая, как остальные наши девушки. Упорная. Целеустремленная. Сильная. С ней интересно проводить время. Разговаривать. Обсуждать, что угодно.

— А с другими? – подняла бровь Констанция Мауриция. – С теми, кому ты два года морочишь голову, с ними тебе неинтересно? Твои однокурсницы, второкурсницы, первокурсницы… Я тебя одного видела только тогда, когда вызывала к себе. И тебе с ними было не интересно?

— Это другое, – признался Мурасаки и нервно рассмеялся. – Сигму не интересовало, нравится ли она мне. Я не собирался ее в себя влюблять, честное слово! Я не играл с ней в эту игру, ну, вы знаете, «посмотри на меня, разве я не прелесть?»

— Похвально. Надеюсь, ты играл с ней в игру «Посмотри на эту формулу, разве она не прелесть?»

Мурасаки согласно кивнул.

— Да, вы же сами поставили нас в пару и велели проводить все учебное время вместе. Вот мы и проводили. Почти исключительно в беседах о математике. И в решении задач. И теперь у Сигмы хорошие шансы сдать экзамен, но она не хочет на него идти. Считает, что ответственна за мой провал и будет нечестно, если она…

— Какой провал? – вскинула брови Констанция Мауриция. – Я чего-то не понимаю? Напомни мне условия вашего… курсового проекта.

— Я должен был подтянуть ее по математике, но так, чтобы она в меня не влюбилась. Она в меня влюбилась.

— И ты ей рассказал о своих чувствах?

Мурасаки снова кивнул и уставился в пол.

— А она тебе что-то сказала в ответ?

Мурасаки отрицательно мотнул головой.

— Тогда откуда ты знаешь, что она в тебя влюблена? Она тебе об этом говорила?

— Н-нет.

— И на каком основании ты сделал такие далеко идущие выводы? Вы оказались в постели?

Мурасаки покраснел, поднял глаза и тут же опустил.