Книга Академия Высших: выпускники, страница 39 – Марта Трапная

Сима достала телефон, отрыла список дел и совсем было собралась вписать «Пиковую даму», как остановилась. А зачем, собственно, ей читать эту книгу? И почему именно ее? Зачем ей знать, какую шутку она не смогла пошутить? Что изменится? Если уж читать, то надо перечитывать все, что школьники читают за… Сима замерла. За сколько лет? Она понятия не имела, сколько лет учатся в школе. Но ведь это она должна была знать! Это же все знают. Пять? Пятнадцать? Сколько? С какого возраста начинают учиться, когда заканчивают?

Вопросы будто бились о толстую стену, за которой не было ничего. Да и на самой стене не было ничего – ни намека на дверь, на трещину, на тень от трещины. Как можно не знать, сколько лет учатся в школе?

Сима вздохнула и посмотрела в окно. Серое низкое небо. Хорошо для съемок на улице. Вообще весь апрель какой-то серый, будто весна и сама сидит на карантине, временами показываясь где-то рядом, но не приближаясь. Даже весной еще не пахнет по-настоящему, только пылью от реагентов, оставшихся от зимы.

— Вот и приехали, – объявил Герман, останавливаясь перед подъездом.

Сима почти с радостью выпрыгнула из машины и набрала номер первой сотрудницы. Алена. Как это символично – первый клиент на букву А. Вот, улыбнулась Сима, алфавит же я помню!

Она растянула ролл-ап и поставила его прямо на дорожке перед подъездом. Ветра нет, упасть не должен. Достала фотоаппарат, сделала пробный кадр, посмотрела на цвета. Вроде бы все хорошо.

— Алена, выходите, – скомандовала Сима в домофон.

Алена оказалась молоденькой и очень высокой девушкой. М-да, неудача. Нужна скамейка или для Алены, или для фотографа, а то Алена себя не узнает. Хотя ведь большинство именно так на нее и смотрит – снизу вверх. Эх, жалко, что это официальные фотографии, про себя вздохнула Сима. Алене нужен был совсем другой фон. Не этот скучный корпоративный логотип, а тонкие полупрозрачные березки или сливающиеся с небом серые прутики ольхи и орешника. Но что есть – то есть.

— Сделайте вид, что вы собираетесь сесть, – попросила Сима. – Иначе я сниму вас с неудачного ракурса.

Алена привычно опустила плечи, чуть присогнула колени… Видно было, что ей часто приходится казаться ниже. Сима сделала снимок, скомандовала Алене снять маску, снова щелкнула ее несколько раз и кивнула.

— Спасибо за работу, Алена. Вы свободны.

— А можно посмотреть? – девушка почти шагнула к Симе и нерешительно замерла, потом вынула из кармана скомканную маску и торопливо натянула на уши.

— Лучше не надо, – виновато улыбнулась Сима, хотя и ее улыбки под маской было не видно. – Я никогда не показываю сырые снимки. Я пришлю в отдел кадров, вы их получите.

Алена вздохнула, кивнула и, чуть сутулясь, направилась к подъезду. Сима подняла фотоаппарат, включила и у самых дверей окликнула девушку. Алена обернулась и Сима нажала затвор.

— Это бонус, – улыбнулась Сима. – Лично от меня. За то, что не дала посмотреть.

Алена помахала ей рукой и вошла в подъезд. Только в машине Сима снова включила фотоаппарат, уже заранее зная, что последний снимок будет самым лучшим. Так и оказалось. Вроде бы Алена в темно-коричневом брючном костюме должна была сливаться с коричневой дверью подъезда, но на деле девушка выглядела так, словно отделилась от нее. Как будто Алена вышла из этой глянцевитой блестящей поверхности с неровными пузырями. И оглянулась, не видел ли кто, как она проходит сквозь стены. Алена выглядела одновременно и настороженной, и зловещей. Не олень, не лесная нимфа, какой она была бы среди голых весенних деревьев, а местный дух вне человеческих понятий о добре и зле.