Книга Академия Высших: выпускники, страница 127 – Марта Трапная

— Мне кажется, если Древние проснутся и я с ними встречусь, я могу раствориться в них.

— Конечно, – прошептал Мурасаки. – И я. Они поглотят нас. И даже кураторов. Этого они и боятся.

— Но, – осторожно начала Сигма, – если раствориться, то ведь можно потом и… конденсироваться обратно.

— Если сохранится твое сознание.

— Да, вот про сознание что-то я не подумала, – невесело улыбнулась Сигма. – А то хороший был бы план.

— Оставим его про запас, – предложил Мурасаки. – Кстати, а что, самолеты у вас тоже из-за локдауна не летают? А то я смотрел на карту, у вас тут аэропорт рядом.

— Ну как рядом… – начала было спорить Сигма и замолчала. – Да, из-за локдауна. Все страны закрылись. Ни самолетов, ни поездов. Ничего. Все очень напуганы. И я тоже… была напугана, пока ты не появился.

— Я и сейчас напуган, – признался Мурасаки. – Очень не хочется умирать. Особенно сейчас, когда мы встретились.

— Мне тоже, – улыбнулась Сигма.

Небо окончательно утратило синий оттенок и начало стремительно наливаться чернотой. Прямо над ними оно выглядело еще не плотной тьмой, но Сигма не видела красновато-желтого марева, которое обычно выдавало себя за ночное небо в их городе. Даже по краям поля зрения, куда попадали отсветы фонарей, стоящих вдоль дороги, ночное небо все равно оставалось ночным небом – черным и глубоким.

Где-то не очень высоко промчалась капля света и исчезла.

— Спутник, – сказала Сигма.

— Вижу, – ответил Мурасаки. – А что еще у вас тут в небе есть?

— Орбитальные станции.

— Ну, это скучно, а чего-нибудь повеселее нет?

— Чего, например?

— Каких-нибудь крылатых чудовищ, пожирающих звезды?

— Пока не обзавелись такими. Но если хочешь, можешь добавить, – она приглашающе махнула рукой.

— Это не мой профиль.

— Слабак.

Мурасаки рассмеялся. А потом они увидели звезды.

Они проявлялись не сразу, а будто в небе кто-то накалывал дырочки, одну за другой. Сначала красные, потом желтоватые, потом голубые. Обычный человек не смог бы различить их цвет, но Сигма с Мурасаки не были обычными людьми.

— Ну как, – спросила Сигма, – тебе нравится?

— Еще не понял. А ничего тут у вас, много звезд. Я думал, будет пару тысяч от силы. А у вас тут миллиарды!

— У них. Или просто – здесь.

— Хм, да. В самом деле, – Мурасаки вздохнул. – А ты знаешь, я устроил себе временный дом на твоей родной планете.

Сигма вздохнула.

— Я почти не помню свою планету. Так давно все было. Будто не со мной. Помню только океан.

— Я тоже жил у океана. Купил себе заброшенную фабрику. За городом.

Сигма грустно рассмеялась.

— У нас там после наводнения наверняка все фабрики заброшенные. Может даже, целые города.

— Нет, жизнь кипит, – возразил Мурасаки.

— Не знаю, мне кажется, там все разрушено… вся инфраструктура. Мою маму нашли только через год с лишним.

— Она не твоя мама, – сказал Мурасаки и прикусил язык, но было поздно.

— Откуда ты знаешь? – тихо спросила Сигма.

— Я встречался с ней. Она конструкт, Сигма. Искусственное создание.

— Ничего никогда не слышала о конструктах.

— Слушай, если наши кураторы смогли усыпить Древние силы и сослать их в этот мирок, неужели они не смогут создать подобие какого-то человека? Да легко, – Мурасаки повернулся на бок и посмотрел на Сигму. – Прости, что я заговорил про это. Мне правда жаль твою маму. Но я думаю, она погибла при наводнении.