Книга Академия Высших: выпускники, страница 105 – Марта Трапная

— А какой у меня выход, Констанция? Я обязан всерьез рассматривать все варианты. Конечно, я не хотел бы его применять, этот план. Но он у меня был. А теперь его нет. Но я не могу сидеть и гадать, как там твои эмиссары – два неконтролируемых Высших. И оба – твоего производства, заметь, – он поднял стакан, будто салютовал то ли Констанции, то ли последним каплям заката, и сделал большой глоток.

— Ради справедливости, только один моего производства, – возразила Констанция. – Девчонка из группы Эвелины.

— Девчонку сделала ты, ради справедливости, – сказал декан. – Эвелина так и не смогла с ней ничего поделать.

— Ты что, ее помнишь? – удивилась Констанция.

— Конечно, помню. Я помню всех, не забывай. Вообще всех.

— А, поэтому, – расслабилась Констанция. – А я-то было подумала, что ты заметил в ней что-то… особенное.

— Да, и это тоже, – кивнул декан. – Но теперь это не играет никакой роли. Разве что наши шансы на спасение не так уж малы…

— Тем более, – сказала Констанция. – Зачем тебе запасной план?

— Затем, что я в них не уверен. Два эмиссара против Древних сил.

— Против спящих Древних сил, – поправила Констанция.

— Против просыпающихся Древних сил, – поправил Констанцию декан.

Констанция вздохнула.

— Они справятся. Я уверена. Теперь даже больше, чем раньше. Там двое Высших, хотя хватило бы и одного Мурасаки.

— Ну хорошо, – сухо произнес декан. – Допустим, ты права. Допустим, у них все получится. И что тогда мы будем делать дальше?

— В каком смысле? – удивилась Констанция. – Жить, конечно.

— Мы будем жить здесь, – насмешливо произнес декан, – а там, в могильнике, будут жить двое Высших такой силы, которая позволяет им взять верх над Древними силами. Как думаешь, что они захотят потом?

Констанция пожала плечами.

— Надеюсь, ничего.

— Они захотят вернуться, – сказал декан.

— Едва ли. Но даже если… – Констанция снова сделала глоток из своего бокала и зажмурилась. – Даже если они захотят, они не смогут. Как? Печати теперь закрыты. Других способов быть не может.

— Откуда мне знать как, – декан вздохнул и посмотрел на Констанцию. – Скажи лучше, насколько они… мстительны. Твои бывшие студенты.

Констанция задумалась. Сигма ее удивила не столько успехами в учебе, сколько отношением к своей учебе. Для нее это было крайне важно. На ее памяти студенты никогда так не относились к учебе. Она готова была грызть зубами все, чего не понимала. Но при этом ничего выдающегося в ней Констанция не видела. Кроме разве что того, что почему-то именно на нее Мурасаки положил глаз. Констанция так и не поняла, чем именно она его привлекла. Но была ли она мстительной? Нет, скорее упрямой. Мурасаки? Мурасаки был… Если говорить честно, Мурасаки ее удивлял. Она думала, что читает его как текст на экране, но у этого текста все время оказывался подтекст. И еще один. И другой. Разве она знала, что он увлечется Сигмой? Нет. Разве она думала, что он способен взбунтоваться и пойти против нее? Нет. Да если на то пошло, она даже не знала, в какой момент он освободился от ее контроля. Она ведь считала, что это невозможно. Да, когда он начал носиться с печатями, она заподозрила неладное, но он пообещал их не трогать. А потом нарушил свое слово. Потому что его желание значило для него куда больше, чем… что? Вот в чем была сложность работы с Мурасаки. Он не признавал авторитетов кураторов и декана. Захочет ли он отомстить? Едва ли.