Книга Цветы и тени, страница 8 – Марта Трапная

Лицо управляющего было такого же ослепительно белого цвета, как воротничок его рубашки. Кажется, ночной целитель понадобится ему, а не мне.

— Никак нет, ваша честь.

И вдруг я почувствовал себя совершенно спокойно. Вот теперь я был на своем месте, я знал, что надо делать. Вот теперь я точно стану принцем, во имя черного и белого света!

— Ваша светлость, — заговорил Марлен, — очевидно, здесь неподходящее место для того, чтобы заниматься приказами. Мы с Ханзи будем вас ждать в моем кабинете, чтобы вы подписали приказы. Насколько я понял, следует немедленно арестовать всех Ванеску, проживающих в Эстерельме, и…? — он замолчал, ожидая продолжения.

— И отправить их в ссылку. Завтра утром. Самое крайнее, днем. Никаких сборов, только личные вещи. Никакого общения с посторонними. Под усиленной стражей.

Ханзи сглотнул. Я внимательно посмотрел на него.

— В чем дело?

— Разве… мятежников не следует казнить?

Ответа на этот вопрос ждали все: и Марлен, и управляющий. Я вздохнул.

— Думаю, у меня не слишком много шансов завоевать любовь страны, если я начну свое правление с казни другой королевской фамилии.

— Мудро, — сказал канцлер и наградил меня взглядом, в котором впервые я увидел уважение. — И куда следует отправить их в ссылку?

— В вашем кабинете есть карта Моровии?

Марлен кивнул.

— Разумеется, ваша светлость.

— Найдите какой-нибудь город у северной границы. Чем севернее, тем лучше. И еще, Марлен. Это должен быть маленький городок. И пусть раз в месяц в банке им разрешается снять… небольшую сумму с семейных счетов. Совсем небольшую: еда, одежда, выпивка.

— Конечно, ваша светлость.

Когда мы закончили с управляющим, и я получил пятерых гвардейцев в телохранители, я зашел в кабинет к канцлеру. Приказы были разложены на столе. Я взял перо и расписался на каждом.

— Вы даже не прочитали, — укоризненно сказал Марлен.

— Прочитал, — ответил я. — Самое главное. Имена, фамилии, ссылка. Остальное — неважно.

— Но место ссылки…

— Я все равно никогда не бывал на севере. Думаю, едва ли я отличу один город от другого.

Марлен смотрел на меня с интересом.

— Ваша светлость, неужели вы… не планируете их устранение? В дальнейшем…

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что он имеет в виду.

— Я думаю, — резко ответил я, — их устранением займется их новый образ жизни. Неужели вы думаете, что люди, всю жизнь прожившие в столице и при дворе, смогут выжить на севере, да еще в статусе изменников?

— Кейталин Ванеску очень умен, ваша светлость, — осторожно начал Марлен. — Он может отомстить.

Я покачал головой.

— Вы когда-нибудь бывали в маленьких городах, канцлер?

— Проездом.

— Поверьте, у него не останется сил на месть.

— Надеюсь, что вы правы, — вздохнул канцлер.

Я отправился к себе, на ходу размышляя об услышанном. Кейталин Ваннеску. Вот кто стоит за покушением, и это очевидно для всех, кроме меня.

Кейталин приходил на прием, устроенный в честь моего прибытия в столицу, и я отлично помнил его. Мы едва перекинулись парой слов помимо официального приветствия. Но я все равно помнил его, его нельзя было не помнить. Он был как солнце. Он входил — и все поворачивались в его сторону. Он улыбался, и все улыбались вместе с ним. Может быть, поэтому его часто называли блистающим. У него было прекрасное образование, он хорошо фехтовал, он был едва ли не первым модником столицы, он нравился женщинам. Но я понятия не имел, чем он занимался. Каким человеком он был.