Книга Капитан под залог, страница 31 – Майя Хоук

Рейвен практически ставит меня обратно на дорожку и продолжает свой путь.

Я отряхиваю рукав, хотя и не понимаю смысла своих действий.

Потом смотрю на Рейвена.

— Я понимаю, что на зарплату начальника полиции такого себе не позволишь, — бурчу я.

Рейвен смотрит на меня весело и в чём-то игриво.

— Стормвейд, — отвечает он, — зато у меня дома всё устроено так, как мне нравится.

Я в ответ на это замечание хмурюсь: шах и мат. С ним просто невозможно спорить.

Так, в молчании, мы добираемся до особняка, скрытого за раскидистыми ветвями деревьев. Сопровождающий прикладывает ладонь к считывателю отпечатков, дверь тут же ползёт вверх.

— Хозяйка ждёт вас, — говорит мужчина, указывая на двери лифта, устроенного тут же.

Я замечаю их и думаю о том, что мой дом был оборудован лестницами. Отец был приверженцем идеи о том, что в здоровом теле здоровый дух.

Рейвен как ни в чём не бывало подходит к панели вызова, смотрит наверх и спрашивает:

— Нам на какой этаж?

— Последний.

Сопровождающий сам вызывает лифт.

Мы с Рейвеном вместе заходим в кабинку и остаёмся наедине.

Я понимаю, что впервые иду продавать свои платья и совершенно не знаю, как собираюсь это делать. Более того, я ведь совсем не подготовилась!

— Нервничаешь, Стормвейд? — вкрадчиво спрашивает Рейвен.

Я бросаю взгляд на него и понимаю, что живот действительно скрутило, а пальцы сделались холодными.

Тогда Рейвен вдруг подходит ко мне и поправляет пиджак на моих плечах.

Это выглядит так интимно и при этом невинно, что сердце у меня начинает частить — вот же нашёл, как успокоить, — думаю я.

Вдруг мы с Рейвеном встречаемся взглядами.

— Я думаю, он тебя недооценивал, — говорит Рейвен.

— Кто? — я невольно кладу свою ладонь поверх его руки.

— Твой отец, — отвечает Рейвен, и когда двери за его спиной открываются, как будто невзначай поворачивается к ним.

Словно ничего сейчас и не было.

Но то, что он сделал, начинает действовать. Я действительно ощущаю себя намного увереннее.

Наверху расположена небольшая оранжерея.

— Почему именно здесь? — говорю я капитану полушёпотом.

Тот только обворожительно улыбается мне.

"Гад", — проносится в голове.

Никогда раньше не разрешал мне браться за что-то посерьёзнее патрулей — поэтому я не была ни на одном толковом допросе. Расспросы нарушителей порядка не считаются.

Так и теперь не собирается давать.

Наконец впереди показывается изящная фигура, стоящая у огромного панорамного окна. Я притормаживаю.

Сомневаться не приходится: это Алина Вэйкфилд.

Мы виделись на паре светских вечеров, ещё когда я не подозревала, что между ней и Кейланом что-то было. Он умел прятать свои дела и пудрить головы тем, кто задавал лишние вопросы.

Я вспоминаю о том, как Алина подавала мне руку на том самом приёме и как отпускала двусмысленные шуточки. Я всё в толк взять не могла: какое ей дело до меня? Что я такого сделала?

Теперь же всё ясно: Алина и мой жених уже тогда крутили роман.

От этого тошнота подступает к горлу. Я сжимаю кулаки и прикусываю губу.

В этот момент Рейвен как нарочно касается моих пальцев.

Я едва не вздрагиваю. Воспоминания о той неприятной сцене ещё слишком живы. Но прикосновение Рейвена приятное, тёплое, обволакивающее.

Капитан внимательно смотрит на меня, и я невольно отмечаю для себя, какие у него глубокие карие глаза, а потом себя одёргиваю.