Книга Капитан под залог, страница 16 – Майя Хоук

Я отсоединяю пульт управления от стены и быстро ухожу в соседнюю комнату, закрывая дверь.

Сердце колотится.

Активирую сканирование.

Механизм капсулы оживает — гул, мигающие индикаторы. На экране пульта появляются данные: пульс, давление, карта повреждений.

И предупреждение — красное, мигающее:

«ОБНАРУЖЕНО ТОКСИЧЕСКОЕ ВЕЩЕСТВО. Класс: Валарийский нейротоксин. Летальная доза достигнута через 6-8 часов. Рекомендуется немедленная детоксикация».

Дыхание застревает в горле.

Яд.

Токсичный для валарийцев. Для обычных людей — совершенно безвреден. Это значит, что его мог пронести любой сотрудник полиции. В последние часы. Незаметно.

Кейлан.

Конечно, Кейлан.

Он хотел расквитаться с Рейвеном, который слишком многое знает. И заодно уничтожить меня — привязав к умирающему человеку.

Рейвен не преувеличивал. Я влезла в серьёзное, опасное дело.

К счастью, новейшее устройство капсулы способно вывести яд.

Время обработки:74 минуты.

Руки подрагивают.

Час уже прошёл. Люди отца могут явиться в любой момент. Выставить нас обоих.

На экране появляется опция:«Наблюдать за процессом восстановления?»

Я замираю.

Могла бы взглянуть. Тайком. На его тело, погружённое в восстанавливающий гель. Идеальное. Подтянутое. Никто не узнает.

Силой заставляю себя отложить пульт.

Не буду.

Не стану.

Вместо этого активирую голоэкран на стене.

Меня обрушивают новости.

Все каналы говорят только о нас. И всё разное.

Бесконечный шум.

«Роман века: наследница спасает опального командира!»

«Любовь или расчёт? Стормвейд внесла залог за Блэкторна!»

«Скандал в высшем обществе: свадьба отменена ради полицейского!»

Журналисты рассуждают, спорят, строят теории.

Натыкаюсь на интервью. Светская львица — одна из тех, кого я видела на приёмах, — даёт комментарий:

«У Рейвена Блэкторна идеальная репутация. Семь лет назад он потерял жену — Лейру Блэкторн, полицейскую. Её убили на задании, когда на планете был разгул преступности. С тех пор он бросил карьеру в контртеррористической межзвёздной организации и перешёл в полицию. Планировал отомстить. И почти преуспел».

На экране вспыхивают фотографии.

Рейвен в тактической форме после спецоперации — пыль на лице, автомат в руках, жёсткий взгляд прямо в камеру. Мускулы напряжены под облегающей формой, челюсть сжата. Опасный. Смертоносный. Прекрасный.

Следующее фото: парадный китель, награждение. Он стоит по стойке смирно, медали на груди, волосы зачёсаны назад. Идеальная выправка. Широкие плечи. Взгляд, от которого слабеют колени.

«Многие пытались соблазнить его»,— продолжает светская львица со смешком.«Ни у кого не вышло. А Элира Стормвейд? Это же смешно. Слабая, никчёмная девчонка. Всё, что у неё было — деньги. Которых теперь нет».

Слова жалят, как удар.

Я вскакиваю с дивана, чувствуя, как щёки горят.

Я и Рейвен.

Да, это действительно смешно.

Он — герой. Легенда. Мужчина, от одного взгляда на фотографии которого перехватывает дыхание. Тело, вылепленное из стали и воли. Лицо, достойное обложек журналов.

А я — неуклюжая дочка богатея.

Капсула открывается с тихим шипением.

Слава Богу, он в порядке!

Но я не смею смотреть на то, что там происходит.

Не могу. Столько мечтать о нем и если я увижу его — обнажённого, покрытого блестящим гелем — я не выдержу. Не здесь. Не сейчас.