Книга Попаданка в тело ненужной жены, страница 65 – Юлий Люцифер

— Возможно.

— Вы все время говорите “возможно”, капитан. Вас учили осторожности или вы просто не любите опережать доказательства?

Он выпрямился, но не сразу отошел.

— И тому, и другому. В моем деле мужчина, который торопится с выводами, обычно живет недолго.

— А в моем, — сказала я, закрывая журнал, — женщина, которая слишком долго ждет идеальных доказательств, обычно успевает стать жертвой.

На этот раз он посмотрел на меня совсем иначе.

Не как на хозяйку дома.

Не как на женщину, которую нужно оберегать.

Даже не как на неожиданного союзника.

Как на равного противника обстоятельствам.

И это было почти опаснее любой нежности.

Когда мы вышли обратно в коридор, у поворота к северной галерее уже стояли двое охранников.

Один из них, заметив капитана, тут же выпрямился.

— Все спокойно, господин капитан.

— Кто входил? — спросил Вольф.

— Только мастер Орвин и помощник. Больше никого.

Я почувствовала новый толчок под кожей.

Не боль.

Не страх.

Что-то вроде легкого металлического скрежета в воздухе, идущего из-за поворота.

Я остановилась.

— Что? — тихо спросил Вольф.

— Там… — я прикрыла глаза на секунду. — Как будто что-то настроено на закрытие. На удержание. И еще… на ложный след.

Он не засмеялся.

Не усомнился.

Просто сразу стал внимательнее.

— Вы можете понять больше?

Я сделала два шага в сторону галереи — и резко замерла.

Под ребрами кольнуло знакомо и тонко.

В голове мелькнула чужая вспышка.

Эвелина.

Стоит именно здесь.

Держится за стену.

За поворотом мужской голос:

«Она опять пришла».

Женский, тихий:

«Пусть. После настоя к вечеру забудет».

Я пошатнулась.

Вольф оказался рядом сразу, подхватив меня под локоть.

На этот раз я даже не попыталась отстраниться мгновенно — слишком сильно потемнело в глазах.

— Эвелина?

Он впервые назвал меня просто по имени.

Без “леди”.

Без дистанции.

Я резко вдохнула, выныривая из вспышки.

— Я в порядке.

— Непохоже.

— Привыкайте, капитан. Видимо, мой дар любит устраивать сцены не хуже меня.

Его пальцы на моем локте не сжались сильнее.

Но и не исчезли сразу.

Только когда я окончательно выпрямилась, он отпустил.

— Что вы увидели? — спросил он уже тише.

Я посмотрела на поворот впереди.

— Она здесь уже была. Эвелина. Пыталась подойти. И кто-то за углом обсуждал, что после настоя к вечеру она забудет.

Вольф медленно перевел взгляд на охранников у двери, потом снова на меня.

— Значит, ее действительно не просто уводили отсюда. Ее специально делали неспособной удержать то, что она чувствовала.

— Да.

— И, возможно, это место связано с тем, что она пыталась понять.

— Да.

Молчание стало тяжелым.

Очень.

Потому что в эту секунду северная галерея из просто опасного участка дома окончательно превратилась в центр чужого заговора.

А еще потому, что рука Вольфа на моем локте все еще теплом помнилась через ткань.

И это меня злило.

Не на него.

На себя.

На то, как быстро тело начинает откликаться на простую порядочность, если слишком долго жило без нее.

— Нам нужно войти туда, — сказала я.

— Не сейчас.

Я резко повернулась к нему.

— Почему?

— Потому что вы едва держитесь на ногах после одного отголоска. Потому что за дверью люди, которые, возможно, уже работают на тех, кто вас травил. И потому что если мы сунемся туда без плана, то подтвердим всем: вы действительно что-то почувствовали.