Книга Неподходящая невеста высокородного, страница 79 – Мариэм Санди

Новости приходили весь день.

От Гленна сухие, с насмешками, за которыми пряталась тревога.

От отца отфильтрованные, будто он боялся перегрузить меня деталями.

Из общих каналов - искажённые, осторожные,

полунамеки, полные формулировок вроде «временные трудности» и «пересмотр стратегий».

Дом ка Мрайс начал отвечать.

В сенате появился законопроект, странно точно бьющий по теневым зонам, где обычно работал мой отчим. Кто-то начал искать меня. Неофициально.

И всё это время я думала об Ирае.

О том, что он видит. Что знает. Что чувствует, когда мир, в котором он вырос, начинает трещать по швам.

Свой маршрут я знала частями. Первый перелёт под прикрытием папиных людей. Потом пересадочная станция. Потом ещё одна. И только в самом конце точка, о которой не знали даже его люди. Меня передавали с рук на руки. Каждый видел лишь свой отрезок.

Классическая схема Арэна: никто не знает всего, кроме него.

Мы вылетели вечером, как и было сказано. Я сидела в кресле шаттла, пристёгнутая, с ровной спиной и спокойным лицом, и только по привычке считала секунды до выхода на орбиту.

Дальше всё пошло, как по схеме.

Стыковка. Короткая остановка. Смена корабля.

Другие люди. Другие лица. Никаких имён. Никаких

разговоров дольше необходимого. Я чувствовала себя не человеком, а ценным грузом, который перевозят максимально аккуратно.

Последняя пересадка была самой тихой.

Небольшой грузовой корабль, минимум пассажиров, старый прыжковый контур. Капитан получил инструкции, не задавая вопросов. Я - место в отсеке и чёткое указание не светиться.

Планета, к которой мы направлялись, в документах значилась просто номером. Без названия. Без статуса. Видимо, именно поэтому Арэн её и выбрал.

Когда корабль вышел из гиперпрыжка, я почувствовала странное облегчение.

Как будто всё, что происходило раньше, осталось за толстой прозрачной стеной. Война. Дома. Решения. Любовь, которая не должна была выжить, но почему-то всё ещё жила.

Посадка была жёсткой, но уверенной.

Я сошла по трапу, огляделась. Ветер. Почва под ногами. Небо другого оттенка. Это место не было моим выбором.

Но, возможно, именно здесь у меня впервые появлялся шанс сделать следующий самой.

Перед посадкой я переоделась, ещё на орбите, когда шаттл уже сбросил опознавательные маяки и перешёл в режим «гражданского груза». Один из людей отца на предыдущем перелете дал мне этот свёрток из плотной ткани.

— Наденешь перед прибытием, - сказал он. - Там так принято.

Внутри оказалось местное женское одеяние. Я сначала даже не поняла, как его носить.

Многослойное, тёплых песочных оттенков, с длинным плащом, который полностью скрывал фигуру, и мягкой накидкой на голову и лицо. Сложная система драпировок, защищающая от солнца, пыли и чужих взглядов. Лицо оставалось прикрытым полупрозрачной вуалью с узором, достаточно, чтобы видеть дорогу, но не быть узнанной.

Здесь женщины не прятались.

Здесь они просто не демонстрировали себя.

Я переоделась в маленьком отсеке, бросив старую одежду в утилизатор. Когда посмотрела на себя в отражение металлической панели, узнала себя не сразу. Худощавая фигура, закрытая тканью, и пара внимательных глаз.

Идеально.

Когда шаттл коснулся поверхности, я уже была частью этого мира. По крайней мере, внешне.

То что планета отсталая, было видно по космодрому. Точнее по его отсутствию. Высадили меня почти что в чистом поле. Пара низких каменных построек не в счет.